Мой босс – мой враг?

 – Парень твой знакомый или друг?

– Н-нет! Он… он… – раскрываю рот, но не могу вдохнуть полной грудью. – Он… спас меня!

– Тихо, тихо, не волнуйся. Дыши, раз, два – вдох. Раз, два – выдох. Он ранен. Будем надеяться, что выживет.

– Нет! Нет! – отчаянно мотаю головой.

– Где у тебя болит? Можешь оказать?

– Не знаю…

– Хорошо, попробуй встать. Я помогу.

Незнакомка берет меня за пальцы и легонько тянет вверх.

– А-а-а! – я кричу от боли, такой сильной, что на миг выпадаю из реальности.

– Слава, – зовет надрывно женщина, – девушке нужна помощь! Бегом сюда!

Двое мужчин с носилками оказываются рядом почти сразу.

Я смотрю на них и понимаю, что с дыханием творится что-то странное: его просто нет. Совсем. Я раскрываю рот, как рыба, вытащенная на берег, но не могу втянуть ни капли кислорода, а руками отмахиваюсь от медиков, словно увидела привидения.

– Что с ней?

– Больше похоже на состояние после шока, – женщина наклоняется ко мне и тут замечает мое состояние. – О боже! Дыхательный невроз!

Это последние слова, которые я слышу.

Дальнейшее я воспринимаю, как в тумане. То теряю сознание, то врываюсь в реальность. Меня куда-то везут, перекладывают, причиняя нестерпимую боль, переодевают. Потом делают укол, и я уплываю.

Окончательно прихожу в себя в неизвестном месте. Открываю глаза, но ничего не вижу, лишь узкая полоска света тянется внизу. Пытаюсь пошевелиться и не могу. Паника бьет в голову и вырывается криком:

– А-а-а! Помогите!

– Ты чего, оглашённая? – спрашивает сонный голос, и тут же вспыхивает ночник.

Поворачиваю голову: белые стены, напротив меня темное окно блестит стеклами, а рядом – еще две кровати, и одно из них лежит седая женщина и подслеповато щурит глаза.

– Простите. Где я?

– В больнице. В травмотделении.

– Что со мной?

– Будет обход, узнаёшь! Спи пока. В шесть утра подъем.

Женщина замолкает, свет гаснет, а я вытягиваю шею, пытаюсь разглядеть себя, но ничего не вижу. Просто тело под одеялом. В памяти проносятся события ночи.

Вижу силуэт насильника, бандитов во главе с Карликом и бездыханного спасителя. От жалости к себе и к нему хочется выть. Слёзы катятся по щекам, хлюпают в носу, затекают в рот. А ещё не могу вдохнуть полной грудью, она словно тисками зажата.

Шевелю рукой – больно, но двигается. Захватываю одеяло в горсть и вытираюсь, а потом откидываю его. Глаза привыкают к полумраку, и я вместо тела вижу белый кокон. Осторожно прикасаюсь к нему – твёрдо.