Только с тобой

Спасение квартиры от пожара отвлекло Олю, и она временно забыла о новых соседях и гадком Игоре.

Утром проснулась с хорошим настроением: в этот день истории нет, а значит, можно спокойно идти в школу. Возникла даже мысль: позвонить Жанке и помириться, но Оля решила выдержать характер. Всегда она первая звонит, вот и выросла мягкотелой. Даже с учителем разобраться не может.

Она, напевая прилипший мотивчик, выбежала из подъезда.

– Привет, Рыжая!

Оля оглянулась: сзади стоял вчерашний вихрастый парень.

– Отвянь! – ссориться ей не хотелось.

– Ты чего такая недружелюбная? – парень пошёл рядом, стараясь попасть с ней в ногу.

Оля скосила глаза, потом задрала голову:

– Ты когда каланчой Коломенской вымахал? – удивилась она. Юноша был на голову выше ее, и его длинное тело покачивалось рядом, как тонкий клён.

– Вот так вышло. Рос, рос и дорос, – пошутил он, потом уже серьезнее добавил, – у меня и родители высокие. Спортсмены-волейболисты. Так что от генетики никуда не деться.

– Ясно.

Ну, иди, куда шёл.

– Ага. Пока. Ещё встретимся, – он усмехнулся и свернул во дворы.

«Откуда этот перец так хорошо знает наш район?» – пожала плечами Оля и тут же забыла про него: вдалеке она увидела Жанну и теперь гадала, окликнуть или нет. Подружка оглянулась, словно почувствовала ее взгляд, и остановилась.

– Оль, привет, – как ни в чем ни бывало начала она, – ты куда вчера пропала? Преподша по физре знаешь, как ругалась!

– Плевать, – угрюмо ответила Оля. Настроение резко ухудшилось.

 – Из-за истории расстроилась. Ты почему меня в кабинете одну бросила? – накинулась она на подругу.

– Так, на физру надо было переодеваться, а ты все сидела, тетрадь не сдавала, – оправдывалась та. – Ты на меня, что ли, обиделась?

– Ладно. Проехали, – отмахнулась Оля: не хотела портить хорошее настроение. – Пошли на литературу. Классуха ругаться будет, если опоздаем.

Преподавателя литературы, а по совместительству и классного руководителя, звали Ирина Леонидовна.

Оля знала, что ребята ее уважают за строгость и сердечность. Но у неё был один пунктик, над которым втайне посмеивались, но не спорили: она раз в три недели пересаживала учеников по своему усмотрению. Это правило существовало с пятого класса, поэтому все привыкли. Привыкли и к тому факту, что девушки всегда сидели с юношами. В классе давно родился лозунг: «Если не нравится сосед, воспитывай», – поэтому возражений против нового пересаживания не существовало.