Ведьмы быстро не сдаются

Словно я запустила некий природный механизм, а он сломался. Это меня тревожит. Вдруг придётся остаться в этом мире до конца жизни! Как потом отвечать за вечную непогоду? А винить начнут меня.

Мы пересекаем один дворик, потом другой, попадаем через арку в третий, и я запутываюсь. Обратно дорогу точно не найду. Когда мы сворачиваем ещё в одну подворотню, навстречу выходит несколько человек в чёрных плащах, с надвинутыми на лица капюшонами. Я вижу только одну бородку клинышком, и больше ничего. Незнакомцы выхватывают мечи и молча, без предупреждения, налетают на нас.

Я взвизгиваю, на инстинктах уворачиваюсь от одного меча, потом от второго, получаю удар сзади.

Темнота…

Глава 11

– Ура! Я дома! Спасибо тебе, Господи! – кричу я от радости и распахиваю глаза.

Увы, по-прежнему темно, мало этого, ещё и дышать трудно: вонючая и колючая тряпка, похожая на мешковину: я вижу сквозь редкое плетение свет, закрывает мне рот и нос.

– Хватит орать! – рычит кто-то невидимый и бьет меня в правый бок.

Я вою от боли и на миг теряюсь, чувствую только, что меня куда-то несут. Ужас выбрасывает в кровь волну адреналина, от паники начинаю крутиться изо всех сил. Мне уже наплевать на дворцовые политесы, лишь бы вырваться живой.

– Пустите! Что вам надо! Кто такие! – ору, не останавливаясь.

– Арак, заткни ей глотку! – приказывает приятный баритон.

Мне зажимают рот и нос, кислорода не хватает, как ни пытаюсь вдохнуть, и я отключаюсь. Прихожу с себя от холода. Кажется, лежу на ледяном полу.

Связанные руки и ноги застывают так, что почти не могу шевелиться. «Мамочки мои! Что со мной? – повторяю беспрестанно. – Мамочки мои!

– Эй, люди, пощадите! – слезным голосом молю пустоту. – Больше не буду сопротивляться. Развяжите.

Но в ответ – тишина. Прислушиваюсь. Ни звука не доносится извне, только дождь стучит по крыше. Зато мешковина на лице лежит свободно, и воздух проникает в легкие беспрепятственно. Тряпка колючая и в ворсинках, которые щекочут нос.

Я оглушительно чихаю и опять замираю: никого. Это хорошо, можно попробовать ее снять.

Я упираю затылок в пол и начинаю медленно выкручиваться из-под ткани. И, о счастье! мне это удаётся после нескольких попыток. Когда глаза привыкают к полумраку, оглядываюсь. Меня притащили в какое-то морозильное место, скорее всего, погреб. Я вижу у стены большие квадраты рубленого льда. На нем лежат разделанные туши животных, огромные рыбины, стоят какие-то плошки и корзины.