Спастись от мужа

Машины столкнулись, я дернулась и потянула шею, вот и все, но голова закружилась, люди раздвоились в глазах, а к горлу подкатила тошнота. Это было мерзко, противно и странно.

Сознание полностью не отключилось. Я чувствовала, как меня куда-то несут, и даже испытывала неловкость за проблемы, которые создала другим.

– Как вас зовут? – спросил меня человек, в машину которого врезался Ганс, и я неожиданно ответила по-русски.

– Маша.

И случилось чудо! Доктор заговорил со мной на родном языке. О боже! Какое счастье! Я так давно не слышала русскую речь! Горло сжалось от нежности, слезы выступили на глазах.

Хотелось закрыть их, погрузиться в нирвану. Слушать и не дышать! Наслаждаться, как лучшей мелодией, впитывать в себя до последнего звука, до последней ноты…

Но следующие слова доктор сказал на немецком языке, и очарование пропало. Я не просто вернулась в реальность – она обрушилась на голову мощной лавиной и затопила сознание.

Я лежала в медицинском кабинете на кушетке, в воздухе разливался отвратительный запах нашатыря, а вокруг меня стояли мужчины, среди которых я видела только одну женщину в белом халате.

А потом действительность раскололась на «до» и «после».

В кабинет ворвался Генрих. Он вошел, и сразу все изменилось. Я вспыхнула от счастья, даже не подумала, откуда он узнал об аварии. Просто принц на белом коне должен появляться в самый нужный момент для принцессы.

Он и появился…

И назвал меня сучкой, даже не спросив, что случилось. И занес кулак…

Мир перевернулся и полетел в пропасть.

Я растерялась. Обычно бойкая на язык, я вдруг словно его проглотила. Мой любимый, мой муж повел себя как последний мужлан.

– Дорогой! Дорогой! – вырывались слова, и больше сказать ничего не могла.

Ситуацию разрулил доктор. Он сказал Генриху, что произошло, и весь его гнев обрушился на водителя.

Ганс от удара в челюсть отлетел к стене. Доктор и охранник бросились на Генриха и скрутили ему руки.

– Что вы делаете? – крикнул доктор.

 – Сабина!

Генрих не сопротивлялся. Как-то сразу обмяк и заледенел лицом.

– Чтобы я больше тебя не видел рядом с моей женой! – сквозь зубы процедил он. – Мари, собирайся, едем домой!

Он больно схватил меня за руку, но я была совершенно без сил, дезориентирована происходящим и дикой головной болью, поэтому подчинилась.

– Герр профессор, простите! – кинулся к нему Ганс. Из его носа текла кровь. Медсестра подала ему салфетку и пузырь со льдом.