Завоевать дьявола

– Не посмеешь, – просипела я, придавленная тяжестью мужского тела.

– Хочешь поспорить? И сделаю так, что и ты будешь вымазана по самые уши. – Глеб резко встал, а потом и меня выдернул наверх. – Иди и подумай хорошенько.

Он подтолкнул меня к выходу, вытолкнул за дверь и закрылся изнутри. Я остановилась. Между разговорами об убийстве и реальным действием лежит огромная пропасть, и нам с Глебом ее не преодолеть. Про себя я точно знала: какой бы стервой я ни была, до того, чтобы забрать чью-то жизнь, я не опущусь.

Это точно. Но почему мне так холодно и страшно?

В коридоре никого не было и я благополучно добралась до холла. А вот здесь намечалось настоящее светопреставление. В центре стоял Андрей с каменным лицом. Вокруг него носились официанты и администраторы, охранники и швейцары. Все куда-то звонили, что-то говорили и кричали. Народ, чувствуя, что случилось что-то странное, столпился у выхода из ресторана. Парочка человек даже стояли с включенными камерами телефона.

Все это я окинула одним взглядом и без слов поняла, что стала причиной скандала.

– Вот она! – крикнул кто-то.

Андрей резко развернулся, и мы встретились глазами. Его черные агаты метали огонь. Так и казалось, что эти искры сейчас испепелят меня. Я сжалась от страха, опять мороз побежал по коже: или в этом отеле так сильно работают кондиционеры, или я все время хожу по краю пропасти, но напряжение звенело и дрожало в воздухе.

– Дорогая, где ты была?

Взгляд мужа потеплел, он бросился ко мне и крепко обнял.

Но страх не исчез. Я будто висела в пространстве: с одной стороны Глеб с его сумасшедшими угрозами, а с другой – Андрей, и еще неизвестно, что страшнее.

– Поехали домой, я устала.

– Да, конечно.

Андрей махнул рукой администратору, тот понял без слов, и через минуту у входа отеля остановился наш белый лимузин. Я вздохнула с облегчением: наконец-то треволнения сегодняшнего дня закончатся. Я уже согласна была лечь в постель с мужем и принять его, как и положено добродетельной жене.

В машине мы сидели, крепко обнявшись, и молчали. Андрей только изредка чмокал мой затылок. Я вдруг с ужасом поняла, что он меня по-настоящему любит, как любил когда-то отец, и почувствовала себя подлой стервой. «Все, я постараюсь полюбить тебя! – решила я про себя и даже потянулась губами к Андрею. Он удивленно приподнял брови, но наклонился, чтобы ответить, и в этот момент зазвонил его телефон.

– Прости, дорогая, это Дибо. Он нас уже потерял.