Главное правило принцессы

Рукопожатие оказалось крепим, так что я поспешила отдернуть руку, заслышав хруст сдавленных косточек.

– Пойдем, я накормлю тебя ужином.

Мне стало ясно, какое все-таки сейчас время суток и что отужинать, к счастью, собирались не мной.

Мы спустились по огромным валунам вниз и нырнули под каменный козырек, выведший нас в лощину, накрытую снегом, словно меховой шапкой. От выхода до башен было приличное расстояние, такое, что, вздумай сунуться в том направлении в одиночку, навек останешься ледяным достоянием, увязшим по шею в снежной перине на радость скучающим обитателям башни.

Вампир громко свистнул, и на его позывной жалобным поскрипыванием откликнулись цепи, удерживающие, будто зверя, длинный бревенчатый мост, опустившийся с громким хлопком прямо у наших ног.

– Пошли! – Вампир двинулся к башне, дав понять, что его отношение ко мне подверглось пересмотру. По крайней мере, наблюдательного взгляда в спину я уже не удостоилась.

Я нерешительно оглянулась на пещеру, прикидывая, стоит ли воспользоваться доверием и удрать.

Не факт, что мне вообще удастся выбраться из Сартана, потому как сверху башни не казались такими огромными, как сейчас.

Три гигантских муравейника, соединенные множеством ходов, таили в себе сразу две опасности. Во-первых, неизвестно, сколько вампиров сейчас находятся внутри, а во-вторых, потеряться в таком лабиринте – плевое дело.

– Ты идешь?! – Голос Гэуморра заставил меня выйти из задумчивости и последовать за его обладателем.

А Натан, выходит, еще тот эстет! Внутри башня выглядела не просто шикарно, а нарочито роскошно. Стулья с резными спинками, высокие столики, сделанные из редких пород дерева, картины в массивных рамах, шелковые портьеры, водопадом спадающие на отделанный черной мраморной плиткой пол, шелковые гобелены, плавно переходившие в золотые подсвечники и канделябры. Мебель хоть и была выполнена в старинном стиле, но при этом ничуть не создавала ощущение обветшалости.

Напротив, все поражало своей монументальностью и, казалось, простоит так еще тысячу лет без чьего-либо вмешательства. Но больше остального меня удивило количество дверей. Только в этом зале их насчитывалось около десяти, одни из них были занавешены шелковой тканью и, видимо, временно не использовались, другие – плотно прикрыты, и лишь по торчащему в замочной скважине ключу можно было судить, что ими все-таки пользуются.

Я подавила тихий вздох.