Зеркала. Книга 1. Хождение по кругу

Ты даже не пытался найти причин для отказа. А другие несчастные, которые угодили за решетку только потому, что мешали интересам верховного судьи? – Он наклонился ниже, к самому уху Крафта. – Лерия могла бы многое рассказать о судьбе семей, лишенных средств к существованию. И пусть ты никогда не заносил кинжал, но твои руки в крови. Каждое слово, мысль, поступок. Все неотвратимо подводит к краю. Ведь так, Лерия?

– Тебе виднее. По части заблудших душ, подозреваю, ты – мастер. Мы ведь не первые, кого ты наставляешь на путь истинный? – грубо заметила она, проводя кончиками пальцев по оставленной метке.

Шердак опустил голову, поднес руку ко лбу, точно испытывая вселенскую усталость:

– Ты думаешь, что борешься за правое дело. Пытаешься замкнуть печати, чтобы не дать миру погрузиться во Тьму. Однако рассеять ее внутри себя не пытаешься. Сколько стражей ты уже убила? Нет, не отвечай. Ты непременно скажешь, что они – лишь марионетки в ловких пальцах лукавого. Именно поэтому ты пытаешься обрезать связывающие их нити, забывая, кем они являются в первую очередь.

Лерия дернула плечом, показывая, что обвинения старика ничуть ее не трогают. Но уходить передумала. Если Шердак знал о стражах, вполне возможно, что его предложение могло оказаться правдой.

– Пресвятые угодники, сейчас расплачусь. – Летор обогнул стол, подняв сохнущую возле камина куртку, и пару раз ее встряхнул, прежде чем одеть. – Так бы и слушал излияния всю ночь, уж больно проникновенно у тебя получается. Да жаль: ждут дела.

Я бы на твоем месте подыскал себе более завлекательную работу. Например, на должности проповедника. И благодарных слушателей будет предостаточно, и, глядишь, сам в свои россказни поверишь.

Шердак поправил жесткий ворот на шее, как если бы тот был ему тесен, и с тоской взглянул на угасающее в камине пламя:

– Не веришь? Это поправимо.

Летор с издевкой смотрел, как старик что-то вычерчивает в воздухе. Тени, уснувшие в углах комнаты, вновь пришли в движение. Судья, еще недавно с интересом прислушивающийся к словам старика, зевнул:

– Поначалу я думал, что ты предложишь нам что-то действительно стоящее.

Но ты всего лишь обычный шут, который потерял своих зрителей. – Крафт сплюнул и поморщился. – Мне тоже пора.

Судья поклонился, но, скорее, выражая иронию, чем почтение, и внезапно, словно поскользнулся на свежем льду, упал. Лерия дернулась, ее руки будто погрузили в чан с кипятком. Жар метки пробирал до костей и скручивал сухожилия.