Зеркала. Книга 1. Хождение по кругу

Приговор оглашался в небольшом помещении, где обычно рассматривались особо тяжкие преступления, к которым не допускались даже присяжные. Голос судьи в зале звучал как всегда монотонно, без единой эмоции. Крафт поморщился. При всем тяготении к судейской работе, такие дела он не любил. Ему нравилось играть с подсудимыми, но то, что обычно происходило здесь не забавляло.

Он не разделял решения Лиги отдавать демонам души преступников. Как опытный служитель закона Крафт знал, что человека с долей маниакальных наклонностей нельзя выпускать на свободу.

А демоны, когда-то вынужденные подчиниться воле Соломона, были безумны. Главный судья Гэрлона понимал, что созданный учредителями механизм скоро придет в негодность. И никакой договор с тварями не заглушит их жажды. Чем больше овец шло на заклание, тем быстрее росли потребности Тьмы. Крафт испытывал настоящий азарт от судейства, но привлечение демонов, по его мнению, было крайней мерой.

Судья захлопнул окошко, услышав вскрик подсудимого, и вернулся к бумагам.

Ему не особо верилось найти в документах что-нибудь о Рениаке. Крафту не давало покоя другое. Прошлой ночью в приюте он разглядел интерес в глазах Алластара и удивление, так плохо прикрытое на лице Тресса. И если смазливый позер загорелся желанием выиграть, то изворотливый наемник о чем-то знал или, по крайней мере, догадывался. Крафт не хотел уступать кому-то из них.

К тому же, ему не нравился Летор. Больше всего судью раздражал наглый вид, с каким тот имел право к нему заявиться.

Крафт привык различать ложь, а сейчас, сдерживаемый проклятием, чувствовал беспомощность. Ему казалось, что остальные шестеро определенно лгут.

Судья перевернул еще один лист, нервно постучал пальцами по отполированному подлокотнику кресла, наткнувшись на запись, сделанную своей же рукой.

Он судил этого человека дважды, каждый раз вынося обвинительный приговор. Мошенник был хитер, и в первый раз ему практически удалось обмануть присяжных, имея настолько крепкое алиби, в которое поверил бы даже убежденный скептик.

Крафт тоже не сразу почувствовал ложь, она пульсировала слишком тихо. Судья поначалу связал это с волнением, пока речь не зашла о том, куда обвиняемый мог спрятать деньги.

При упоминании о тайнике мошенник по-прежнему оставался спокоен и внешне никак не выдал причастность, но теперь ложь в его голосе оглушила главного судью Гэрлона. А он не любил, когда его пытались провести.