Жених моей сестры

Видишь, даже оделась соответствующе, – поворачиваюсь к сестре, делаю скорбный вид и складываю руки на груди. – Ах, дорогая! Я так тебе сочувствую, рано вдовой станешь!

Показываю рукой на меню, подзываю официанта и тут же вскрикиваю от боли: Светка бьет меня под столом по ноге. Отвечаю сестрице злым взглядом, я с ней дома еще разберусь.

– Готовы сделать заказ?

– Да, – отвечает за меня Эндрю. – Салат «Капризе», фруктовая нарезка, пряный лосось на гриле, суп-пюре из шампиньонов, запечённые овощи.

– А-а-а! Передумал, – приходит время повеселиться мне.

 – Подольше пожить захотелось!

– Соня! – взвизгивает сестрица. – Остановись! Эндрю – спортсмен, он следит за питанием.

– Что? – теряюсь я.

– Увы, свояченица, – разводит руками жених. – Прощаемся со свечкой лет этак на надцать.

Все весело смеются, только я чувствую себя так, словно получила плевок в лицо. Этот гад развел меня как последнюю идиотку. Ну, погоди! Я с тобой еще поквитаюсь!

Но, кажется, Эндрю я больше не интересую.

Он мило беседует с мамой, не забывает наполнять ее бокал водой, подкладывает в тарелку к Светке лакомые кусочки, подает салфетку, и вообще, ведет себя как истинный джентльмен, вот только воспринимает меня, как пустое место.

Отчего-то я чувствую себя будто оплеванной. Ковыряюсь ложкой в тарелке с супом, наберу – вылью, снова наберу – вылью. Мне тоже хочется внимания, и я его получаю, но не с той стороны.

– Соня, тебе не нравится суп? – спрашивает мама. – Он изумительный.

– Суп-пюре из шампиньонов готовится на сливках, – бубню как старая бабка.

 – Это жирно.

– Тогда попробуй овощи, они приготовлены альденте, – мама кладет мне кружочек кабачка.

– В овощах на гриле много канцерогенов, а они ведут к раку, – продолжаю нудить я и ненавижу себя за это. Никогда не цеплялась к еде, не сидела на диете, не сходила с ума по правильному питанию, а тут словно дух противоречия в меня вселился, не могу его изгнать, хоть тресни!

А главное, не понимаю, почему злюсь. Может, потому, что Эндрю подвесил меня на ниточки и дергает, как ему хочется: не рассказывает маме о моем долге, но и не дает мне извиниться? Я уже сама готова признаться в грехах, лишь бы сбросить с плеч груз вины.

Эндрю разбирает вилкой и ножом рыбу и улыбается уголками губ, словно наблюдает за веселым представлением, а я завожусь еще больше, пыхчу, как паровоз, вот-вот задохнусь от собственного газа.

Светка пинает меня по голени, делает круглые глаза и кивает.