Старое платье королевы

– Ваше превосходительство… – пробормотала я. – Люди очень ее жалеют, я знаю… Когда в газетах писали, что ее величество снова захворала, многие девочки в нашем пансионе искренне молились о ее выздоровлении… И взрослые тоже: они ведь понимают, как трудно заниматься даже обычным хозяйством, а целая страна – это… это…

– Слишком тяжелый груз для хрупких девичьих плеч? – приподнял бровь канцлер. – Это верно. Тем более никто и представить не мог, что Эва станет королевой, да еще и в таком нежном возрасте. Разумеется, она получила… и продолжает получать лучшее образование из возможных, но это спасает лишь отчасти.

Я кивнула.

– Простые люди действительно ее жалеют, – неожиданно добавил он. – Но другие, сударыня, очень даже не прочь избавить Эву от непосильной ноши и возложить эту ношу на себя, желательно – вместе с короной. Замучился, знаете ли, отгонять таких доброхотов.

– Как только вы все успеваете! – невольно сорвалось у меня.

– Я не успеваю, – холодно ответил канцлер. – Мне не хватает часов в сутках. Я не отказался бы раздвоиться, но это, к сожалению, невозможно. Во всяком случае, так утверждает мэтр Оллен, и я склонен доверять его мнению.

«Он говорил с каким-то мэтром, – припомнила я. – Наверно, это придворный маг».

– Но от вас, сударыня, мне требуется только одно, – канцлер будто опомнился и заговорил жестче. – Маги рано или поздно вылечат ее величество, но до той поры мне понадобится девушка, способная заменить королеву на торжественных мероприятиях.

– Неужели больше никого…

– Нет, – завершил канцлер. – Ни одна не подошла, и у меня больше нет времени на поиски. Я и без того слишком много потратил его попусту… А в вас, судя по всему, есть капля королевской крови, а как она попала в ваши жилы, не станем уточнять, вы и без того догадываетесь, так?

Я кивнула.

– Мне показалось, вы неглупы, – сказал он. – А потому сумеете осознать простой факт: если вы меня подведете, смерть ваша будет долгой и мучительной.

– Да, ваше превосходительство…

Я не стала спрашивать, что станет со мной, когда выздоровеет ее величество. Он ведь сказал бы правду, а я не хотела ее слышать. Было слишком страшно, а пока слова не произнесены, их как бы не существует, и пугаться нечего.

«Если справлюсь, меня убьют не больно, – мелькнуло в голове.