Старое платье королевы

Как я могу представляться ею, если привыкла, что каждый мой шаг ограничен, а на любой вопрос может последовать ответ «тебе еще рано об этом знать»?..

* * *

– Не так плохо, как я ожидал, – встретил меня канцлер. Судя по всему, ему удалось немного поспать – тени под глазами исчезли. – Но со слугами вы обращаться не умеете, сударыня.

– У меня ведь никогда их не было, ваше превосходительство, – ответила я и села напротив, расправив подол платья и чинно сложив руки на коленях. – И воспоминания, которые вложили мне в голову, не помогают.

– Неужто? Почему? – заинтересовался он. – Мэтру Оллену тоже любопытно будет узнать, что пошло не так… И не забывайте – я не его превосходительство, во всяком случае, пока мы не на официальной церемонии.

– Верно, я забылась, Одо, – почти без запинки выговорила я. – И не вполне понятно выразилась: я теперь знаю, как ее величество ведет себя со слугами, но… но… я так не могу. Правда не могу! Даже с Нэной – о ней ничего в памяти нет, но все равно… А с теми, кто знает ее величество с детства и любит, я тем более не сумею… как она.

– Так объясните – почему?

Я беспомощно развела руками.

– Мне… мне стыдно. То есть… если бы меня растили вот так, тогда бы все это я принимала как должное… но я же все время помню, что я не она, а другая! И хоть должна вести себя, как ее величество, не получается… Наверно, с каким-нибудь послом получится, потому что там этикет и протокол, а так… Может, мэтр Оллен сумеет заколдовать меня так, чтобы я не говорила «спасибо» всякий раз, когда прислуга приносит мне стакан воды?

– Не сумеет.

 – Канцлер смотрел на меня в упор. – Ничего. Слуги у Эвы молчаливые. Если и удивятся ее неожиданной доброжелательности, то спишут это на последствия катастрофы. В конце концов, у нее не осталось близких, не считая меня, а кто был с ней денно и нощно все эти годы? Правильно, прислуга. И Эва наконец осознала, что без верных людей не обойтись. Пытается сблизиться с ними, а выходит неуклюже… Это логично: ее никто не учил общению с простыми людьми, поэтому она неизбежно ошибается. Но все наладится.

– Правда?..

Канцлер едва заметно вздрогнул, а я вспомнила: ее величество иногда задавала вопрос таким же тоном – чуточку недоверчиво и с насмешкой. У меня получилось это не нарочно, клянусь!

– Правда, – ответил он. – А теперь займемся посольством Иссена.

– Как же экзамен? Вы сказали, что…

– Я совмещу полезное с неприятным.