Странники

 – Это теперь так называется, да?

– Что? – не поняла я.

– Хватит придуриваться, – цыкнул зубом другой парень, длинноволосый и веснушчатый. – Сколько?

– Чего? – снова не поняла я.

– Ты идиотка или прикидываешься? – спросил третий, тоже длинноволосый. У него на поясе висел здоровущий нож.

– Сам дурак, – обиделась я.

Что ж такое, а? Все, кому не лень, то идиоткой меня обзывают, то с обезьяной сравнивают! И только потом я сообразила, что не стоило хамить подобным ребятам…

– Совсем шлюхи обнаглели! – огорчился веснушчатый, а до меня, наконец, дошло, чего им всем от меня надо.

Я вскочила на ноги и отпрыгнула подальше от парней. Сбежать, что ли? Ага… Догонят в два счета, шансов удрать у меня нет никаких! Запрыгнуть на лошадь и дать деру? Легко сказать! Наездница из меня такая же, как бегунья. То есть просто – никакая! Да и поди взберись на эту животину! Чтобы задрать ногу в стремя, мне надо сперва на какой-нибудь пенек встать. А что-то я сомневаюсь, что решительно настроенные ребятишки будут ждать, пока я найду пенек, влезу на лошадь и удеру от них! И что мне делать?!

Тут я обнаружила, что веснушчатый подобрался ко мне совсем близко, а остальные заходят с боков.

Деваться было некуда, так что я поднырнула под лошадиное брюхо, стараясь не думать о том, что кобыле может прийти в голову меня лягнуть. Теперь между мною и бандитами оказалась Марстенова лошадь, но легче мне от этого не стало. Что же мне, так и лазить туда-сюда под ней?..

…Как я и предполагала, изловили меня достаточно быстро.

На мои вопли и отчаянный визг проходящие и проезжающие не обращали ровным счетом никакого внимания, хорошо еще, не рвались принять участие в забаве! Я отбивалась, как могла, и даже вроде бы разбила своим твердокаменным лбом нос небритому. Однако на этом мои военные успехи бесславно завершились, меня скрутили, опрокинули на травку, а поскольку юбка у меня была короче некуда, то даже подол задирать не пришлось.

Еще некоторое время ушло у троицы на то, чтобы разобраться с очередностью.

Победил небритый, пылающий жаждой мести за разбитый нос. Противно усмехнувшись, он взялся за широкий кожаный пояс, и…

– Юлька, чем ты тут занимаешься? – раздался до боли знакомый голос. – Ну ни на минуту оставить нельзя!

Трое парней слегка обалдели и посмотрели назад. Над нами возвышался Марстен собственной персоной. Руки в боки, улыбка до ушей… По его лучащейся довольством физиономии любой мог понять, что Марестен пребывает в отличнейшем настроении.