Ведется следствие

 – Но тело великовато, а у Пушистика и так несварение… Теодор, вы потом посмотрите?

– Непременно, – кивнул тот.

– Еще варианты? – спросил генеральный следователь. – Поразительно…

– А у вас какое предложение? – осмелел Дэвид.

– В топку – и кранты, – лаконично высказался Руперт.

– То есть… нет, это отличное решение, – зачастил стажер, – но ведь тело опять-таки придется таскать по коридорам, а еще кочегар…

– Дэвид, я сейчас пожалею, что взял вас на стажировку, – произнёс Бессмертных строго.

 – Вы даже не поинтересовались техническими характеристиками Большого Королевского экспресса. Чему вас только учили?

– А-а…

– В этом поезде реализована автоматическая подача угля в топку, – отчеканил следователь. – Великолепное техническое решение. Ни машинист, ни кочегар ничего не увидят, поэтому задача заключается только в том, чтобы уложить тело на ленту транспортёра…

– А займутся этим, как обычно, оперативники, – заключил Берт.

 – Так я и знал, что какая-нибудь пакость приключится…

– Приступайте, – сказал Бессмертных и удалился, вертя в пальцах универсальный ключ, найденный в кармане покойного вора.

– Госпожа Каролина, мы вас потесним немножечко, – извиняющимся тоном сказал Ян.

– О, я, пожалуй, пока навещу Теодора, он обещал взглянуть на Пушистика, – вскочила на ноги женщина. – Думаю, это как раз подходящий случай…

– Да, разумеется, – сказал тот галантно.

– Знаете, я думаю, он съел что-то не то, – затихал в коридоре голос Каролины. – Иногда он очень неразборчив, а я, к стыду своему, не умею с этим справляться…

– Немного касторового масла и мягкий массаж – и все будет в порядке, – успокаивающе говорил доктор.

Пол тоже поднялся и вышел, не проронив более ни слова.

– А вы что встали? – спросил Ян Дэвида. – Помогайте! Работенка та еще…

Работа оказалась в самом деле не из легких: вор был мужчиной крупным и, если протащить его в выставленное окно купе удалось без особых проблем, то вот поднять на крышу вагона и таким образом перенести к тендеру оказалось уже тяжелее.

Впрочем, Берт и Ян были ребятами бывалыми, так что особенно не унывали, а вот Дэвид, который из чистого упрямства полез им помогать, был уже не рад этому своему порыву.