Страж перевала

До чего странно… Когда я была маленькой, помню, всегда бегала с непокрытой головой, и все – домочадцы, гости, даже грубые пастухи с дальних пастбищ – восхищались моими золотыми кудрями. Теперь же от них осталось одно воспоминание.

«Это от болезни все так поменялось, – сказала Мадита, в очередной раз попытавшись безуспешно завить мне локоны, – у одной моей родственницы волосы совсем повылезли, только в платочке и чепце на люди выходит. Так что вам грех жаловаться, госпожа, пускай кудрей нет, зато поглядите, копна какая!»

Конечно, можно было утешать себя тем, что кроме красоты в женщинах ценят еще и ум… иногда.

Но вот от жены будущего правителя всегда ждут каких-нибудь особенных достоинств. Говорят, жена князя Даккора была сказочной красавицей, как и его мать. А уж умны были эти дамы или нет… Кому какое дело? Ума у князя у самого хоть отбавляй, а жена его должна блистать красотой. Но, может быть, Даккор тоже думает, что красавица с куриными мозгами немногого стоит? Хорошо бы, если бы он и сыну это внушил!

Глава 3

Мадита все никак не могла совладать с моими непослушными волосами – уложить их во взрослую прическу.

– Да оставь, знаешь же, что не выйдет, – вздохнула я. – Делай, как обычно.

– Но госпожа… – начала было служанка, но все же покорилась.

Теперь косу вокруг головы носят только крестьянки, но иначе… Разве что с вовсе распущенными волосами выйти, а это для взрослой девицы непристойно, не ребенок уже.

Я взглянула на свое отражение. Что ж… мне можно дать не четырнадцать, а все двадцать: и ростом удалась, и статью, и лицо уже недетское. Вот только если б не фигура: не досталось мне матушкиных округлостей, хоть плачь!

Плакать, однако, я не собиралась: день был важный. Сегодня старый князь решил наконец представить меня гостям.

Народу в трапезном зале было очень много, и кто другой наверняка бы растерялся, но я-то выросла на перевале, где кто только не гостил! (Сдается мне, увидав этих гостей, многие из здешних придворных убежали бы впереди собственного визга.

) Словом, не думая смущаться, я прошла к князю, а он улыбнулся мне и жестом пригласил за стол.

Справа оказался Райгор, и был он, против обыкновения, мрачен, должно быть, опять получил нагоняй от отца. На меня он взглянул мельком и тут же отвернулся.