Нареченная

Прежде я думала, что не может быть ничего веселее, чем завоевать сердце короля, но я ошибалась. Куда интереснее было завоевывать сердца множества людей одновременно.

Эта мысль крутилась в моей голове, когда я вместе с Делией Грейс шла в Парадный зал, любезно здороваясь с придворными и желая им доброго утра.

Джеймсон, похоже, спиной почувствовал мое приближение, потому что, когда я вошла в зал, он тут же повернулся ко мне и уже не сводил с меня глаз. Теперь каждый раз, когда я присоединялась к нему, он приветствовал меня поцелуем в щеку на глазах у всех придворных.

В эти моменты я замечала несколько неодобрительных взглядов, но принимала их скорее как вызов, чем повод к огорчению.

– Вы получили мое письмо? – спросил король.

– Вы имеете в виду те изумительные стихи, которые заканчиваются просьбой встретиться с вами этим утром? Да, конечно, я получила его.

Джеймсон усмехнулся.

– Вы извлекаете из меня слова, о существовании которых я даже не подозревал, – признался он, ничуть не смущаясь тем, что заявляет об этом при множестве свидетелей.

 – Скажите, у вас все хорошо? Ваши новые служанки? А новые платья вам нравятся?

Я отступила на шаг, чтобы он увидел во всем великолепии один из его последних даров.

– Они все невыразимо прекрасны, таких у меня никогда не было. И – да, мои служанки очень хорошие, спасибо. Вы, как всегда, слишком щедры.

– Все это покажется простой речной галькой, когда… – Он умолк на полуслове при звуке торопливых шагов, и я обернулась, прослеживая его взгляд.

Пожилой джентльмен, один из многих советников Джеймсона, приблизился к королю и наклонил голову:

– Ваше величество, простите меня. Там явилась некая семья из соседнего государства Изолт. Они ищут убежища. И они пришли, чтобы изложить все обстоятельства.

Во всех королевствах континента существовал обычай – просить разрешения короля, прежде чем поселиться на его землях. Если же на землях королевства находили людей, поселившихся без такого дозволения, ну, их в лучшем случае выгоняли.

И я сама видела, что случалось в худших случаях, когда на троне восседал Марцелл, отец Джеймсона.

Его величество вздохнул, вынужденный отвлечься от нашего разговора.

– Очень хорошо, приведите их. – И тут же, как будто его осенила идея, он снова повернулся ко мне. – Леди Холлис, возможно, вам захочется присутствовать при разбирательстве?

Он махнул рукой на кресло рядом с собой.