Убийца для оборотня

– Прямо сейчас? – в голосе появились новые низкие нотки.

– Да.

– Не нужно этого делать здесь. Это рискованно.

Чем же, интересно?

– Неужели вы не хотите меня? – проговорила с придыханием.

В глазах сверкнула искра. Ох, как я рада, что эта моя магия действует на тебя, герцог. Твое напускное безразличие просто убивало.

– Хотите узнать, что у меня под платьем? – вкрадчиво спросила я. Подошла к Гриру и присела на край столешницы перед ним. Склонившись, увидела, что на безучастном лице выступила испарина.

Все тяжелее сдержаться, да герцог?

– Вы меня провоцируете, Эстер, – произнес Ланс, раздевая взглядом.

О, да, советник!

– О, нет, советник, – произнесла вслух. – Я просто не вижу смысла в том, чтобы откладывать неизбежное.

Он шумно втянул носом воздух, словно пытался прийти в себя, успокоиться. На секунду прикрыл веки, и когда вновь раскрыл глаза, передо мной сидел не тот человек, которого я только что видела. Метаморфоза была такой быстрой, что я просто замерла, уставившись на Грира.

Как перевоплощалась я, перебирая образы, так изменился и герцог, но ему для этого не пришлось ни вертеться перед зеркалом, ни менять наряд. Черты лица как будто еще сильнее заострились, горящие зрачки на янтарной радужке пожирали меня, губы вытянулись в хищный оскал, обнажая белый ряд зубов.

– Вы добились своего, – от холодного голоса по спине побежали мурашки.

Руки мужчины устремились под подол.

Он двигался грубо, не ласкал – лапал. Жесткие ладони нахально обследовали бедра и ягодицы – так резко и решительно, что наверняка останутся синяки.

Задрал платье, стянул шелковое исподнее до колен, скользнул рукой по внутренней стороне бедра – там, где он проводил ладонью пробегали мурашки. И… с бесцеремонной резкостью вогнал внутрь меня сразу три пальца. Я вскрикнула от неожиданного и болезненного вторжения. Он в ответ на это как будто специально повторил движение.

Хотя, кого обманываю: именно специально… Я судорожно выдохнула и схватила его за запястье.

Испытующий янтарный взгляд не отпускал ни на секунду, а пальцы под юбкой не останавливались: то кружили у самого входа, то погружались вглубь. Он наверняка делал все это не для моего удовольствия, а лишь для того, чтобы самому разгорячиться сильнее. А я, видимо, вовсе не привередлива, раз чувствую сильнейшее возбуждение.