Убийца для оборотня

Когда, исследуя трепещущее под тонкой тканью тело уверенными руками, обнаружил, что в этот раз исподнего нет, напор животной страсти в его поцелуях и прикосновениях увеличился в сто крат.

Я застонала, чувствуя, как волна возбуждения прокатилась по телу.

– Может быть, мне снять одежду?..– пробормотала, когда он прервал поцелуй.

– Я не разрешал вам говорить.

– А что если я не хочу молчать? – прошептала горячо.

Хотела снова поймать его губы, но он отстранился, маска спокойствия трескалась на глазах.

Брови нахмурились, пасть скривилась в жестокой ухмылке.

– Тогда мне придется заставить вас это сделать.

Герцог насильно усадил меня на каменное ложе, на котором когда-то бессердечные мужчины в масках палачей терзали пленников замка. Дыхание сбилось, когда представила, сколько боли испытано здесь, сколько крови омыло камень.

Советник наклонился, задрал платье и раздвинул мои ноги – я была словно кукла, игрушка в его руках. Завороженно наблюдала за каждым уверенным и скупым действием, полностью отдав власть над своим телом.

Встал передо мной на колени, заглянул в глаза.

– Вы будете делать то, что я вам скажу, – проговорил он. – Иначе придется пожалеть.

Кивнула, чувствуя, как мурашки ползут по телу от его низкого вкрадчивого голоса, которому так хотелось покориться. Сама точно не могла понять, что

сейчас со мной происходит. Грир несколько секунд внимательно глядел на меня, словно пытаясь понять, не стану ли перечить.

– Если вы будете меня слушаться, Эстер, все будет хорошо.

Снова кивнула, но он этого уже не видел. Резко дернув, стянул бретели свободного платья на плечи и обнажил мою грудь. Дышал тяжело, глядя на то, что предстало его взору. Схватил, сжал так, что стало больно, затем медленно лизнул впадинку между грудями – в этом даже было что-то романтическое. Неожиданная сторона безумного герцога. Потом переключился на соски, ласкал – если это слово может быть к нему применимо – их тонкими жесткими губами, и весьма чувствительно прикусывал.

Желание, зародившееся еще в тот момент, когда он вошел в спальню – такой большой, несгибаемый – росло с каждым его прикосновением.

– Грир, – пробормотала тихо. – Может быть, наконец, трахните меня?

Молния желтого взгляда.

– Кажется, вы не поняли, – медленно ответил он. – Здесь я говорю, что делать.

Навис надо мной, схватил за волосы и притянул к себе так близко, что наши лбы соприкоснулись.