Любовь (не) зависимость

Обычно осенью, в непогоду, мелкий дождь мог зарядить на целую неделю, вызывая хандру и постепенно подготавливая к смене времени года. А такой сильной непогоды, как сегодня, я припомнить не могла.

Коул выудил из кармана небольшую связку ключей и быстро открыл дверь, пропуская меня вперёд. В помещении было темно. Прохладный влажный воздух пробирался под одежду, заставлял дрожать. Когда дверь закрылась, на нас обрушилась тишина и запах сырости, словно в доме не жили уже много лет.

– Постой, сейчас зажгу свет, – услышала я голос Коула совсем близко.

В кромешной темноте его голос звучал иначе. Пробирался в самое сердце, обволакивал бархатом. Я ощутила, как тело покрылось мурашками. Коул прошёл мимо, слегка меня задев. Услышала удаляющиеся шаги. Было так странно думать о том, что я сейчас в незнакомом месте, один на один с мужчиной, которого едва знаю. Что у него на уме? Какие цели он преследует? Отсутствие ответов на эти вопросы пугало.

В конце длинного коридора замаячил огонёк. Господин Эртон шагал ко мне, и лампа в его руке раскачивалась в такт движениям.

– Возьми, – сказал Коул, протягивая мне источник мягкого света. – Мне так хвалили этот дом. В итоге же кроме богатой истории и красивого фасада в нем не оказалось ничего примечательного. Сыростью пахнет, всё скрипит. Даже электричество отказались проводить, ссылаясь на историческое значение. Хотят устроить в нём музей в ближайшем будущем.

– Понятно, – ответила я, не зная, как поддержать разговор.

Мужчина отыскал ещё одну лампу, зажёг и её.

– Наверное, я должен был сразу это сказать, – произнес он, глядя пристально. – Не бойся. Я не собираюсь приставать к тебе или обижать. Мы просто поможем друг другу кое с чем. Пойдём.

Коул направился вглубь дома, и я поспешила за ним.

– О чем ты говоришь? Выходит, ты ведь уже выполнил свою часть уговора, решил многие проблемы моей семьи. Разве что, с плечом моим пока не разобрались, но это потом… Коул, как я могу помочь тебе? – задавала подряд вопросы, что роились в голове.

Мы остановились в просторной гостиной. Вся мебель была прикрыта тканью. Коул подошёл к большому окну, сдвинул в сторону тяжёлую портьеру.

– Похоже, пока придется переждать здесь. Опасно в такую погоду ехать, – проговорил он, рассматривая стекающие по стеклу струи.

Помещение было неуютным. Прохладное, сырое, отталкивающее. Будто дом давно устал и теперь не рад гостям. Ненавязчиво намекает, что им пора уходить.