Пепел и пламя

Пока Тиффани раскладывала на столе вещи, я рассматривала ее, стараясь, чтобы это не бросалось в глаза.

– Значит, ты из Ньюфаундленда? – шепотом поинтересовалась Джемма. – Как круто… Париж, наверное, кажется тебе тропиками.

– Есть такое. – Тиффани смущенно улыбнулась. – Но дождь мне нравится куда больше снега, поэтому меня все устраивает.

Я решила, что сидеть посередине и молча пялиться прямо перед собой, точно статуя, – это грубо, поэтому повернулась к Тиффани и сказала:

– Добро пожаловать! Эта школа реально классная, мне здесь очень нравится.

– В Корее? Как интересно. Мне бы хотелось туда съездить. Скажи, а там…

– Девушки, – обратился к нам мистер Роджерс, стоявший на другом конце класса. – Меня радует, что вы не даете мисс Маккензи заснуть… но то, как вы это делаете, радует меня несколько меньше. Вынужден напомнить, что урок еще идет, хотя мои рассказы, наверное, и вполовину не такие интересные, как ваши.

Густо покраснев, Тиффани кивнула.

Я, в свою очередь, уже привыкла к тому, какой убийственный эффект производит мистер Роджерс на всех особ женского пола, поэтому просто состроила кислую физиономию и сказала:

– Это больше не повторится.

Мистер Роджерс строго кивнул и продолжил урок. Стоило ему отвернуться, как Джиджи перегнулась через Джемму и наклонилась к нам.

– Добро пожаловать в фан-клуб мистера Роджерса, – прошептала она, обращаясь к Тиффани. – Я президент.

Смутившись еще больше, Тиффани улыбнулась.

– Мистер Роджерс такой молодой, – зашептала она в ответ.

– Пока он с нами, мне все равно, на что он там имеет право, – пробормотала Джемма, не отрывая взгляда от доски… а точнее, от мистера Роджерса.

Тиффи хихикнула.

– Прекрасно тебя понимаю.

– А мне кажется… – начала было я и тут же замолчала, потому что мистер Роджерс отвернулся от доски и внимательно осмотрел класс, пытаясь определить нарушителей спокойствия.

Но на этот раз мы вовремя притворились, что целиком и полностью поглощены изучением растений.

Мистер Роджерс снова повернулся к доске.

Тихонько бормоча себе что-то под нос, Тиффи принялась складывать в свою розовую папку распечатки, которые мистер Роджерс раздал в начале урока.

Наблюдая за ней, я мысленно обозвала себя идиоткой. Что ж, похоже, я потихоньку схожу с ума. Снова. Тиффани – образец нормальности. Она просто безобидная девушка, милая и обычная, которая без ума от розового.