Пепел и пламя

Я была сбита с толку, чувствовала растерянность и не знала, что делать, но возвращаться на кровать точно не собиралась.

Энко снова потрепал меня по волосам.

– Тебе не обязательно уходить прямо сейчас. Задержись ненадолго. Отдохни. Ты голодна? Давай я закажу что-нибудь поесть. – Он придвинулся чуть ближе. – Моя кровать не кусается.

О да, Афродита многому его научила.

– Нет, спасибо, – ответила я и торопливо потерла глаза, чтобы Энко не заметил моего смущения. – Я не голодна. Мне еще надо доделать домашку.

Энко все понял. Коротко кивнув, он подошел к столу, взял пробку и закупорил бутылек.

Я почувствовала себя неблагодарной скотиной, поэтому подошла к нему и взяла его за плечо.

– Спасибо, Энко. Ты оказался прав, и я рада, что ты меня на это уговорил. Настойка почти закончилась, и я чувствую себя виноватой. Но я хочу, чтобы ты знал, что я очень благодарна тебе за помощь.

Энко обернулся. У него в глазах промелькнула целая гамма чувств. Он посмотрел на мою руку, все еще лежащую у него на плече, и накрыл ее своей.

– Не за что.

– Если ты занят, я могу поехать домой на метро.

– Да нет, не особо, – ответил Энко, и в его взгляде снова появилось странное выражение, которое я не смогла распознать. – Если ты хочешь домой, то я, конечно же, тебя отвезу.

Энко спрятал настойку, вернул книгу на полку и взял со стула куртку. Все это время я молча наблюдала за ним.

Он подошел к двери и уже успел отпереть замок, когда я вспомнила об Эванджелине и позвала ее к себе.

Похоже, я задела Энко. Наверное, он думал, что остаток вечера мы проведем здесь, у него в комнате. Будем болтать, есть пиццу и смотреть друг другу в глаза. Эванджелина вернулась на свое место, после чего я торопливо накинула плащ и взяла с пола сумочку. Я чувствовала себя ужасно и все думала, не поощряла ли я его каким-либо образом. Посылала ему неверные сигналы. Энко – настоящий красавчик, кроме того, представлял собой опасную смесь самоуверенности и обаяния.

Но для меня он навсегда останется братом Маэля.

И только.

– Пойдем? – Энко приглашающе распахнул дверь и широко улыбнулся, но я прекрасно видела, что улыбка эта была наигранной.

* * *

Вернувшись домой, я внимательно осмотрела в зеркале волдыри – а точнее, целую кожу на их месте. Настойка сотворила настоящее чудо. Довольная, я влезла в удобные штаны и футболку. Эванджелина порхала по комнате. Чем позже время на часах, тем бодрее она становится. Но сейчас мне было не до ее пируэтов.