Покажи мне звёзды

Что, уже снова прошли привычные четыре недели между ее звонками?

– Лив? Привет. Можешь сейчас говорить?

– Да, конечно.

Этими словами начинается большинство наших разговоров. Можешь говорить? Разумеется. И как у тебя дела? Хорошо, а у тебя? Потом, как правило, следует ее монолог продолжительностью в несколько минут обо всех вещах, нацеленных та то, чтобы работник дипломатической службы не имел ни минуты свободного времени, после чего она спросит меня, как там дедушка, и скажет, что была рада со мной поболтать.

Однако в этот раз я нарушаю устоявшийся порядок, пока мама не приступила к заключительной части своего звонка. Ведь то, о чем я сейчас расскажу, должно ее обрадовать.

– Кстати, я провела интервью с Кристиной Аткинс.

– С кем?

– Кристина Аткинс, ну, помнишь ее? Актриса? Которая мне раньше очень нравилась? Из сериала про лошадей? – Когда мама не отвечает, я добавляю: – Сейчас она живет в Санта-Монике и, вообще-то, больше не дает интервью, но со мной поговорила.

– Это очень здорово, Лив, – следует мамин ответ.

 – Как поживает дедушка?

– Прекрасно поживает. Но ты же понимаешь, что это значит? Это интервью? Это кое-что особенное, никто не ожидал, что именно я…

– Как тебе это удалось?

– Прости?

– Как тебе удалось проникнуть в личное пространство этой актрисы?

– Я не проникала в ее личное пространство. Я просто спросила, не даст ли она мне интервью, и она согласилась. – Молчание на другом конце линии меня нервирует. – Получилось действительно хорошо, очень хорошо.

Оно выйдет уже в декабрьском номере, в печатном выпуске, а Бремер даже рассчитывает, что это поднимет продажи издания.

– Бремер?

– Мой главный редактор.

Проходит еще пара секунд, я начинаю надавливать ногтем большого пальца на твердую поверхность Харви.

– Лив, ну что я могу сказать? Естественно, я за тебя рада. – Ее слова пусты и буквально пронизаны пренебрежением, с которым она их выговаривает. – К сожалению, мне надо…

– Благодаря этому я, наконец-то, выберусь из звездных новостей!

– Ты все еще пишешь эти желтые новости? – И вот в ее голос опять вернулось презрение, а я моментально жалею о последнем сказанном предложении.

– Да, но с этим покончено. После публикации интервью мне совершенно точно доверят работать над другими темами.

– Ну, в таком случае, должно же быть что-то хорошее в том, чтобы распахивать перед всем миром личную жизнь актрисы, верно? – язвит мама. – Поздравляю.

Она холодно прощается.