Найди меня среди шторма

Я не могу так поступить с Генри, к тому же он все равно самый классный… по крайней мере станет, когда Джошуа Хейс снова уедет, – договаривает она с ухмылкой. – Но твоего клевого парня тоже пока нет… поэтому я за тебя реально беспокоюсь. Лучше сиди следующие две недели дома, чтобы не вводить себя в искушение.

Лив просто усмехается и кладет в рот ложку рагу.

Я не участвую в их взаимных подкалываниях. Риск, что какой-то парень понравится Лив больше, чем Кьер, и так ниже нуля. Эта парочка искала друг друга и нашла.

Так с ходу у меня в голове всплывают только Сиенна и Нилл, между которыми, очевидно, сверкнула такая же искра.

Такая великая любовь…

– Айрин? Все хорошо? – Лив прекращает есть и тревожно смотрит на меня.

– Конечно. Почему ты спрашиваешь? – удивленно интересуюсь я.

– Во-первых, потому что у тебя остывает рагу. А во-вторых, потому что ты сейчас как-то… грустно выглядишь.

Смущенно улыбнувшись, хватаюсь за ложку.

– Всего лишь задумалась о том, что нужно будет сделать завтра, – оправдываюсь я.

 – Просто так чертовски много всего навалилось.

– Тебе самой определенно необходим отпуск, ты явно перетрудилась. А теперь еще постоянный стресс с мамой…

Я только пожимаю плечами и начинаю есть. К сожалению, в ближайшее время ничего не изменить.

– Так устрой себе отпуск с Джошуа Хейсом, – предлагает Мэдисон. – Ты единственная из нас, кто без проблем может так поступить. Впрочем, если он хотя бы наполовину настолько хорош в постели, насколько круто выглядит, ты уже точно ничего больше не сможешь делать.

– Тогда лучше не надо, – решаю я и продолжаю: – Большинство нереально красивых мужчин, между прочим, в постели очень посредственны. Слишком полагаются на свою внешность. Есть исследования на эту тему.

– Исследования, – хитро улыбается Лив, – мои личные исследования показывают кое-что другое.

– Исключение лишь подтверждает правило.

* * *

И пусть по пути домой я от усталости едва не врезалась в фонарный столб, теперь лежу в кровати, и сна ни в одном глазу.

Такое не часто со мной случается. И, к сожалению, я не имею ни малейшего понятия, почему это происходит. Знала бы, постаралась как-то избежать. Сегодня ночью мои мысли не желают успокаиваться. Мне двадцать четыре года, и сейчас моя жизнь словно… застряла на одном месте.

Не то что бы мне хотелось бросить «Морские ветры». Я люблю этот дом, люблю Каслданнс.