Найди меня среди шторма

А быть может, кто-то сильно хлопнул дверью в туалет. Однако в таком случае я сейчас навряд ли стояла бы здесь и дожидалась, пока вновь раздастся звук, который побеспокоил мою мать.

– Почему бы тебе просто не объяснить мне, о чем… – начинаю я спустя одну томительную минуту, но вдруг до меня доносится голос Уиллоу Скотт. Правда, она не смеется, а стонет. И даже весьма протяжно. Поскрипывание пружин матраса и намного более тихие вздохи Шейна через пару секунд дают понять, что в комнате по диагонали отсюда как минимум не произошел какой-нибудь инцидент.

Закрываю дверь, которую, как и было приказано, оставила приоткрытой на маленькую щелочку. Пружин и Шейна теперь не слышно, чего не скажешь об Уиллоу. Следующий громкий стон заставляет меня опустить взгляд на свои ноги, чтобы спрятать за волосами широкую улыбку, которая отказывается сходить с моих губ.

М-да. Ну и что, простите, я должна с этим сделать?

– Это уже второй раз!

– Что-что?

– Второй раз! – агрессивно повторяет мама.

 – Когда ты сегодня уезжала, творилось то же самое. Целый час!

От ее тона с моего лица сползает улыбка, и я беспомощно пожимаю плечами.

– Ну не могу же я им диктовать…

– Есть же время, когда надо соблюдать тишину! – резко перебивает мама. – При таком шуме я не усну!

– Но еще даже девяти нет…

– В такое время я обычно уже сплю!

– …и я не стану запрещать тем двоим заниматься любовью, когда им хочется.

Щеки матери наливаются багровым цветом, от гнева или от смущения, сказать сложно.

– Это… недопустимо!

– Мам, – примирительно начинаю я, – может, ты все-таки решишь переехать в комнату под крышей? Там бы тебе…

– Я ведь уже сказала, что это не обсуждается! На такой крутой лестнице я себе шею сломаю! И кроме того… – особенно громкий и долгий стон прерывает ее фразу, – …и кроме того, эти… эти… завывания я и там точно буду слышать!

Как ни крути, а исключать такой вариант нельзя.

Межкомнатные стены не очень толстые, шумы такого характера случаются, однако те, кто их создает, как правило, стараются сохранять определенную сдержанность.

Уиллоу же в этом вопросе довольно раскована, и я пытаюсь не прислушиваться, когда между все более сильными стонами она распаляет своего партнера словами.

– Могу принести тебе беруши. – Я приобрела их две недели назад, после того как мама, не умолкая, жаловалась на одного гостя, у которого имелась привычка петь в душе. Причем даже весьма неплохо.