Ты уволена! Целую, босс

В холле было пусто, лишь симпатичный охранник в черной форме и с бейджиком «Игорь» посмотрел на меня сочувственно.

– В бухгалтерию? – спросил он и нажал на кнопку лифта, потому что у меня обе руки были заняты.

– В юридический, – вздохнула я.

– А, новая помощница Стрельникова? – улыбнулся парень. – Он час назад приехал. Тоже кофе брал. Чем–то жутко недоволен! – А потом оценивающе меня осмотрел и вдруг предложил: – Может, пообедаем вместе? Я как раз в час меняюсь.

– Прости, сегодня не смогу, – язык успел раньше сонного мозга, но я не стала его за это прикусывать.

– Тогда в другой день? – Игорь сунул мне в карман визитку.

Тут приехал лифт, и я обреченно понесла свое не проснувшееся тело в пасть стеклянного монстра. В приемную зашла, широко зевая, но стоило мне бросить пиджак на спинку кресла и включить компьютер, как раздался громогласный рык любимого начальника. Что же вы орете, как медведь гризли, увидевший на соседнем склоне самку?

– Ужицкая!

Утреннее шоу: «Прочитай Олечке мораль и получи заряд позитивного настроения на весь день», – можно считать открытым!

– Доброе утро, Герман Андреевич, – я остановилась у двери, чтобы, в случае непредвиденного запуска дырокола, успеть выскочить в приемную и забаррикадироваться стулом.

 – Плохо выглядите. Цитрамон?

Что главное? Главное – это внимание и вежливость! Босс действительно выглядел неважно, я про себя даже позлорадствовала, очень надеюсь, что он тоже не выспался.

Не выбрит, галстук завязан криво, на скуле свежая царапина и взгляд такой, что я сразу же проверила, застегнута ли у меня молния на брюках? К счастью, все оказалось застегнуто наглухо, включая пуговки на черной блузке. Стоят намертво, как стойкие оловянные солдатики!

– Вот скажи мне, Ольга, – начал ласково–ласково этот деспот.

Я оглянулась, чтобы убедиться, одни ли мы в кабинете, а то вдруг за спиной у меня появилась еще одна Ольга? Все же непривычно слышать, как мистер гризли обращается ко мне по имени, даже страшно стало.

– Чем ты руководствовалась, когда заказывала шампанское за тридцать пять тысяч и торт на три килограмма с абсолютно дебильной надписью?

– Что, шампанское оказалось кислое? – не поверила я.

– Не знаю, мы не успели его открыть, – с тоской вздохнул Стрельников. – Как–то, знаешь, не до шампанского, когда твоя женщина хватается за горло и падает без чувств.