Ты уволена! Целую, босс

 – Больше никаких указаний?

– Хорошо, что напомнила, – устало и обреченно произнес мой босс и вдруг как гаркнет: – Быстро! У нас в десять совещание с начальниками отделов, а ты еще даже план не распечатала!

– Убежала! А вы пока приложите к скуле лед, в холодильнике есть!

Не дожидаясь ответа, я выбежала за дверь, Стрельников что–то прорычал, наверное, спасибо сказал, но я уже не услышала, а возвращаться и переспрашивать посчитала опасным для моей кармы.

Глава 3

Назад я пришла в сопровождении Игоря.

Ну а почему бы и не привлечь сильного мужчину для помощи слабой девушке? Он нес коробку с тремя бутылками минералки разной степени газированности, литром сока для меня, аптечкой и пакетиком леденцов. Я же семенила рядом, зажав под мышкой файл с документами, потому что в руках у меня были два больших пластиковых стакана с кофе.

– Ставь на стол, – велела я и заглянула в кабинет Стрельникова.

Он сидел, уткнувшись в экран ноута, а услышав наши голоса, поднял голову и страдальчески поморщился.

Ой, ну и что мы делаем такое личико, будто увидели таракана верхом на гадюке?

– Игорь, спасибо! – я улыбнулась охраннику.

– Спасибо слишком много за такую мелкую услугу, а вот пообедать вместе будет в самый раз. Значит, завтра?

Я зачем–то оглянулась на шефа и столкнулась с таким взглядом, что быстро выпалила:

– Я перезвоню!

И вытолкнула охранника из приемной.

– Дверь закрой, – раздался голос шефа.

 – Купила?

Я заперла дверь и вернулась в кабинет, молча поставила перед Стрельниковым стакан кофе и три бутылки минералки, а потом вывалила на стол коробочки с мазями и так же молча направилась к себе. И дернул же меня черт оглянуться!

Мой драгоценный деспот и самодур раздевался! Он уже снял пиджак и аккуратно повесил его на спинку офисного кресла, теперь развязывал галстук и при этом так страдальчески кривился, что мое доброе, милосердное сердечко не выдержало.

Да что я, злыдня какая, чтобы не помочь собственному боссу раздеться? Я решительно вернулась к столу и потянулась к галстуку.

– Ой, уберите уже руки, Герман Андреевич, и не мешайте мне оказывать вам первую медицинскую помощь! Вы ведь для этого раздеваетесь, а не для того, чтобы продемонстрировать мне ваше спортивное тело?

– Боже, Ужицкая, помолчи, прошу тебя, – простонал он, но руки опустил и покорно стоял, пока я стягивала с него рубашку.