Тайна и откровение

Тайна и откровение

Кира Мюррей

Артур считал себе хорошим человеком. Возможно, слишком высокомерным и отстранённым. Он был уверен, что он не психопат, о которых видел множество выпусков новостей. Поэтому он искренне верит, что влюблен. Любовь же бывает разной. Не имеет значения, что в глазах общественности эта влюбленность будет неправильной. Артур не может отпустить, даже если Джейн никогда его не полюбит. Не отпустит, даже если она попытается сбежать.

Кира Мюррей

Тайна и откровение

Глава 1

За окнами машины ярко горели огни города.

От того, что А?ртур глядел на них из окна движущегося автомобиля, они казались яркими росчерками, светящимися змеями. От них рябило в глазах. А мимо, сверкая включенными, ослепляющими фарами, проносились машины.

Окно большого, черного внедорожника, было открыто и мужчину обдувал прохладный ветер. Была весна и некоторые детишки уже купались в озерах и реках. Но ночи были все ещё прохладны и Артур ощущал на обнаженных руках, как волоски встали дыбом.

Густая, темная поросль. В нем сыграли гены какого-то прадеда испанца или же итальянца. Его родители были обладателями исключительно американской внешностью – светловолосые, светлоглазые и страдающие от ожирения.

Он же смуглый, поджарый, с темными волосами и темными глазами. Правда, с возрастом, кое-где на руках появились серебрённые волоски седины. На его висках тоже появились серебряные ручейки. Лоб был перечеркнут несколькими глубокими морщинами, впрочем, как те были и у уголков глаз.

Говорят, что такие лучики выдают добрый нрав. Как черное нёбо выдает дурной характер пса. А такие морщины – от частых улыбок. Но А?ртур улыбчивым не был. Молчалив и серьезен. Он никогда не был душой компании, но всегда вызывал расположение начальства. Его считали ответственным и решительным. Непреклонным. Впрочем, так и было.

Находясь на хорошем счету у своего начальства, его порекомендовали в другой город на должность руководителя убойного отдела. И вот он, спустя пять лет, вернулся в родные места.

Разумеется, Хелен – его бывшая жена, была уверенна, что он вернулся к семьей. К ней и их сыну. Тому было всего одиннадцать лет, когда отец скоропостижно поставил на первое место работу, а не их. А после его участие в жизни своего чада сводилось лишь к ежемесячным переводам на счет Хелен – алименты.

Но Хелен понимающая и добрая. Лишь с несколько недель плевалась ядом, когда он принялся ей звонить с два месяца назад.