Эффект домино. Падение

Учитель математики мистер Джобс прерывает свой монолог, чтобы поздороваться, как я уже догадался, с нашей новой одноклассницей, и представить её нам. Занятно… Откидываюсь на спинку стула и, пользуясь тем, что сижу на заднем ряду, начинаю нагло рассматривать девушку. Идеальная осанка, гордо расправленные плечи и слегка вздёрнутый носик могут сказать о многом. Например, о том, что её ни капли не волнует непохожесть на остальных.

И я бы и дальше продолжал невозмутимо оценивать её внешность, если бы она не сделала то, что заставило ручку в моих пальцах зависнуть в воздухе, так и не коснувшись поверхности стола: она улыбнулась.

Она просто, мать его, улыбнулась! Более того, не мне. Это вообще нормально, что у меня чувство, будто я увидел тройную радугу после затяжного дождя? А ведь я никогда её не видел. Просто Глория всю дорогу до своей школы жужжала мне в ухо про это чудо природы, которое она вчера наблюдала из окна своей комнаты. «Брайан, если бы ты её увидел, ты бы охренел!»

Я охренел, вот уж правда.

Нервно сглатываю, пугаясь своих спутанных мыслей. П***ц, я с ней даже не говорил. Может у неё скрипучий голос, или от неё разит потом, а я думаю о каких-то радугах. Мысленно перекрещиваюсь, надеясь на то, что эта девчонка сядет подальше от меня.

– … Кассандра Агилар, – доносится до меня конец речи Фрэнсис, потому что я прослушал на хрен всё, о чём она говорила до этого.

Прекрасно. Она ещё и мексиканка? С виду не скажешь. Разве что смуглый цвет кожи и тёмные брови. На этом всё.

– Садись рядом с Кроу, – машет в мою сторону математик.

Это что, сраная насмешка судьбы?

– Нет-нет, мистер Джобс. Я всегда сижу один, – предпринимаю попытку отвертеться от незваной соседки, но, когда я встречаюсь с прищуренным взглядом новенькой, вся моя бравада куда-то улетучивается, вынуждая меня даже поёрзать на стуле.

Улыбка вмиг сходит с её лица, и, повернувшись к учителю, она смело спрашивает, как на зло, мелодичным голосом:

– Можно я сяду туда? – и показывает пальцем на место рядом с Дэном.

Мы оба – негласные лидеры класса, и сидеть в одиночестве, избавляя себя от трения плечом об плечо – привилегия, а не отшельничество.

– Я передумал, – мой речевой аппарат, похоже, решил жить собственной жизнью, не совещаясь с мозгом. – О’Доннелл – мой друг. Так и быть, принесу себя в жертву.

Что я несу? Я – дебил?

В ответ я заслуженно получаю гневный взгляд Кассандры.

– Пусть она сама выберет, – добивает меня Дэн.