Научи меня говорить

В коридоре увидела Сказочника.

– Как дела? – спросила я с многозначительной улыбкой.

– Нормально.

Вел себя, как железный. Говорил со мной, будто ничего не было, в страхе, что эта крышесноска может перерасти в нечто большее.

– Я ведь все равно уеду, – сказал он.

– Ну и что? Вчера тебя это не остановило.

Он явно загрузился. Думает. Мучительно думает о сложившейся ситуации. Периодически смотря на меня, а я продолжаю соблазнять его глазами.

– Ну, перестань, – сказал он. – Ты одним своим видом меня соблазняешь.

В этот вечер он вел себя смелее.

– Но ниже пояса я опускаться не собираюсь, – предупредил он. А я и не планировала, мне просто хотелось эмоций.

Следующий день он тоже был занят мной. Правда, ближе к вечеру. Крышу ему сносило исключительно в темное время суток.

Вчера подарил свой сборник пьес. Пока не читала.

Предложил посмотреть "Пуаро".

– Но у меня может опять крышу снести, предупреждаю, – сказал он, будто это проблема.

Я согласилась. У него снесло, но на этот раз я решила вести себя холодней и даже его не поцеловала.

30 сентября. Алик, Сказочник и все-все-все

Меня не покидает мысль, что я слишком навязчива. Мне не хватает терпения. Его крышесноска к вечеру… только к вечеру… меня бесит. Он холоден днем, а вечером уже целует меня и постепенно перестает держать себя в руках.

Как сказала про меня Ксю, с которой я в этот раз живу в комнате, "тебе нужно все и сразу". Это точно. Я не умею терпеть.

Лера и Балерина в общаге больше не живут, решили обосноваться в Москве, и наше общение постепенно превратилось в дежурные «привет» и «пока» при встрече на парах.

Журналистка поехала к другу пожить, потому пришлось знакомиться с новыми соседями. Бросила меня. Хотя я тут не скучаю. Ксю и вторая соседка веселые. Ксю миниатюрная, фигуристая, ниже меня, с пышными каштановыми волосами. Слушаем музыку, смеемся, смотрим кино, я иногда захожу к Тоше, а вечером – у Сказочника. Никто меня, к счастью, не домогается, как Алик.

Кстати, об Алике.

Вчера приходил с другом. Он уже закончил институт, но видимо, ностальгия замучила. Пришли выпить по старой памяти и, как назло, в комнате Сказочника и Крошки (это сосед Сказочника, поэт, в очках, с прямыми жидкими волосами, закрывающими уши).

Алик опустился ниже плинтуса. Сказочник с ними не пил, пропадал где-то. Их было только трое. Крошка, Алик и его друг. Крошка перенес нормально, даже ходил прямо, друг завалился на чужую кровать, а Алик сполз на пол и так уснул.