Дыши со мной. В плену у зверя

Вот только поставлю на пол брыкающуюся изо всех сил пару, и…

Глава 8

И тут я разобрал, что Элисса повторяет: «Не надо, только не надо уколов».

Так она испугалась её из-за того, что решила, что медсестра пришла вводить ей какие-то препараты. Конечно. Они вкололи ей только успокоительное, как привезли сюда, но тогда она была без сознания. И когда раны обрабатывали тоже. А теперь она видит вновь белый халат и слышит, что ей собираются ставить капельницу, вот и сработали привычные ассоциации.

– Выйди! – рыкнул на девушку, и она мигом захлопнула дверь с той стороны.

– Элисса, тише-тише, она ушла. Уколов не будет. Ничего не будет, слышишь?

Но она продолжала отталкивать мои руки, и я осторожно раскрыл их, посчитав, что она могла испугаться и прикосновений. Девочка сразу отбежала в противоположный угол палаты, глядя оттуда загнанным диким зверьком. Но хотя бы перестала кричать и биться в истерике.

Это был просто какой-то замкнутый круг: я хочу помочь, но для этого начинаю ей что-то объяснять или делать, а она пугается этого ещё больше, и всё по новой.

Вот и сейчас не верит мне ни на секунду. И всё понимаю, да, это объяснимо и вполне оправданно, но… Но как же больно видеть в глазах той, что только появившись, стала для меня всем, ненависть.

– Я трогал тебя, чтобы ты ничего себе не повредила. Не собирался и не собираюсь ничего делать ничего плохого…

Она молчала, и я не был уверен, что понимает то, что я говорю. Начинало накрывать чувство безысходности, хотя и понимал, что впереди нас ждёт ещё более сложный и долгий путь.

Мне нужно набраться терпения и сил.

Только вот незадача, каждый из нас становится сильнее, встретив истинную. Однако лишь при условии, что поставит метку. А вот если не поставит… Теперь каждый день я буду становиться всё слабее до тех пор, пока однажды кто-то из прайда не заметит, что глава уже не может защитить всю стаю, и тогда…

Отодвинул непростые мысли подальше. Не время. Решу это как-то потом. Сейчас должен думать о той, которая трясётся как осиновый лист, находясь со мной в одной палате, а не о том, как я устал за последние дни, как мне хреново от того, что сделал и от того, что не успел сделать раньше, как душит чувство вины и страха за неё.

У меня больше нет права на слабость. Поэтому мой голос прозвучал вновь спокойно и уверенно.

– Та девушка, она врач, и хочет помочь тебе.

– Они снова будут мне колоть ту синюю жидкость.

На её лице маской застыла паника.