Его. Моя. Луна

Очередной вдох принёс с собой не только ароматы с кухни, но и чужой запах. Стоп.

Мои глаза расшились. Ох, дьявол! С утра мне показалось страшным сном произошедшее вчера. Но стоило вскочить с места и заглянуть в гостиную, как смогла убедиться, что это далеко не сон. На коврике продолжал лежать безымянный мужчина, которого я по привычке уже зову просто волком.

Судя по его виду, жить будет. Но недолго. Потому что серый цвет лица свидетельствовал о том, что на поправку он не так чтобы торопится. Радовало только то, что вроде бы все кровотечения остановились.

Хотя ковёр всё равно придётся выбросить теперь…

– Марш в постель, Рина, – в дверях появился Нир с подносом. И я послушно юркнула обратно, забираясь под одеяло.

А когда он приблизился, не удержалась:

– Я надеялась, что мне это всё приснилось.

– Я тоже, – хмыкнул он, – но потом вышел в гостиную и понял, что мне не чудится, что здесь пахнет псиной.

– Оу…

– Нет-нет, к твоей волчице эти слова не имеют никакого отношения, – вдруг рассмеялся Нир, сгребая меня себе на колени.

Казалось, находка на нашем ковре его не расстроила.

– Ты будто не злишься. Неужели тебя не раздражает, что нам нужно возиться с ним?

– Ну мы же не можем это изменить, Рина. Так к чему раздражение?

– Можем вообще-то, – я зачерпнула блинчиком джем и отправила себе в рот.

Голодна, как тысяча волков. Нет, ирбисов. Лучше ирбисов.

– Оставим его у ближайшего питомника? – подмигнул мне Нир.

– Не понимаю, что тебя веселит, – я откинула голову назад, разминая шею, и Нир начал её массировать.

– Не злись. Просто… Я заключил сделку с ним. Дал слово.

– Какое?

– Что помогу ему выжить после того, как он выиграет.

– О, как самонадеянно с его стороны было думать, что он точно выиграет.

– Ну ведь выиграл.

– Ладно. Что взамен?

– Ему – место альфы. Мне – что он больше не станет к тебе приближаться.

– И ты поверил, Нир? Серьёзно? Ему?

– Я хотел убить альфу. Мне ты не разрешила. И вчера я понял, почему.

А это был неплохой вариант. Прежний альфа хотел тебя у меня забрать и был редкостным мудаком, а этот пусть тоже хотел бы забрать, но…

– Тоже редкостный мудак, – закончила я. – И мы поменяли шило на мыло.

Нир снова улыбнулся;

– Обожаю, когда твоя голова снова начинает думать. Вчера так испугался за тебя. За волчицу. Вообще стоило увидеть вас обоих, чуть не поседел.

– Стоило сказать мне обо всём, и тогда этой ситуации не произошло бы.