Останься. В плену у зверя

Потом выбросил на пол из шкафа в комнате все свои пижамы и тупые футболки, которые купил тоже, чтобы ей было проще общаться со мной! Всё это вокруг – для неё! А она… Как же я был зол! Хотелось схватить её, перекинуть через колено и отстегать ремнём, а потом запереть в палате центра, чтобы на выходе волшебным образом получить милую и послушную пару, которая будет прижиматься ко мне во сне и…всё остальное тоже…

Вот это её «больше не любите» ударило куда-то в район солнечного сплетения. Я никому никогда не говорил этих слов, а эта крошечная, вредная девчонка просто издевалась над моими чувствами.

Вообще мне хотелось сейчас впиться в неё поцелуем, разодрать мешковатую одежду и затащить в кровать, чтобы попробовала меня там пообвинять.

Но, чёрт возьми, это же Элисса!

Чтобы не пойти к ней снова перевоспитывать, вызвал (иначе и не скажешь) Элику. Дождавшись оборотницу, выместил весь негатив в постели, только это не имело ничего общего с фантазиями в голове. В какой-то момент поймал себя на том, что намеренно действую жёстче обычного, заставляя любовницу кричать громче, где-то на уровне подсознания как никогда желая, чтобы это слышала другая.

Маленькая, неблагодарная, ненавидящая меня девочка. Хотелось доказать ей, что я могу быть кому-то нужен, что со мной может быть хорошо, даже когда я груб, а уж тем более, когда как с ней…

Вдруг стало так противно. От себя. От женщины подо мной, у которой, судя по всему, желание укрепиться в прайде выше всего остального вместе взятого.

Вообще буду удивлён, если она приедет снова после сегодняшнего моего поведения. Но вымотанная и выжатая во всех смыслах женщина, наоборот, почему-то смотрела на меня с горящими глазами. Дура. Какая же дура. Восприняла всё на свой счёт.

А я сам? В кого я превратился? Впервые в жизни поступаю, как последний придурок и чувствую себя виноватым вообще во всём и со всеми. И это она со мной сделала! Элисса. Ведь до неё я таким не был! Всегда продумывал всё наперёд, имел запасные планы на все буквы алфавита, вёл себя нормально, а не как обдолбанный гормонами тупица.

Моя голова трещала. Я был так зол, что с радостью отправил любовницу восвояси, как только закончили, потому что её присутствие ни хрена не помогало, а только злило ещё больше. Меня немного удивляло, с какой сговорчивостью она принимала все мои поступки, ни словом, ни жестом не показывая, что что-то не так.

Было только одно, в чём она мне не повиновалась прежде.