Метро 2033: Крысиный король

Жених, заметивший это, подал знак блондину.

– А если Власов не поверит в паленую водку? – Штык крутил в руках злополучную фляжку. – Если Шаха будут пытать?

Едва блондин подошел к Игорю, как тот снова покачнулся и стал падать прямо ему на руки. Тяжело повис, касаясь коленями пола, обхватив веганца за пояс. В следующий момент блондин резко отпустил бородача и схватился за открытую кобуру на поясе. Пустую кобуру, из которой несколько секунд назад торчала рельефная рукоять «Глока».

Шах приставил к своему виску выхваченный пистолет.

Раздался выстрел. На ботинки и штаны блондина плеснуло красным. Игорь упал навзничь, уронив пистолет к ногам веганца.

Толпа загудела, отступила в едином порыве, отхлынула от мертвого тела, не желая иметь с происходящим ничего общего, будто бы считая смерть заразной инфекцией. Высокий силуэт Власова поднялся над толпой, глаза забегали по лицам. Застывшего Леонида схватили под руку, потащили.

– Дед зовет. – Николай буром врезался в кипящий поток людей, втащил за собой друга.

Ринулся прочь, вспарывая людскую массу, словно нож, разрезающий слабую, податливую плоть. Через минуту они встретили командира.

– Мы уходим со станции, – не допускающим возражений тоном сообщил Якорь, – быстро по домам, взять самое необходимое – патроны, батарейки, фонарики, запас еды. Я – в оружейку, попробую под шумок раздобыть волыны. Встречаемся у гермы.

Глава 4. Залаз

Леонид спешил. Ему казалось, что его вот-вот окликнут и попытаются остановить.

Обычно воображение, словно растопленная печь, в которую он на протяжении всей жизни подкидывал прочитанные книги, согревало его яркими, теплыми картинками. Помогало скоротать скучный долгий караул или позволяло найти силы жить дальше, когда мать отправляли в лепрозорий.

В тяжелые моменты Чита представлял, что его жизнь – книга, которая непременно должна закончиться хеппи-эндом. Если черная полоса затягивалась, он старался прожить очередной день по инерции, ни на что не отвлекаясь, будто бы не коротая свои дни, а пролистывая страницы, на которых герой никак не может выбраться из беды, чтобы как можно быстрее добраться до желаемого счастливого финала.

Сейчас же распалившееся воображение обожгло его сознание столь ярким кадром из ближайшего будущего, что Леонид зажмурился. Закрыл глаза в надежде, что видение пропадет, не сможет пробиться в сознание сквозь плотно сомкнутые веки.

Он будто бы увидел себя со стороны.