Стану твоим первым

Потому что у её кузенов такие же. Да и волосы… Пофиг, если даже они крашеные, всё равно выглядят круто. Что тут говорить – таких, как Лера, в нашей школе ещё не было. Даже у королевы Гордеевой не было такой королевской осанки и манеры держаться.

– Что? – спрашивает она шёпотом.

Походу, я слишком долго разглядываю её. Отвернувшись, подхожу к шкафу. Точно такому же, как в кабинете иностранных языков. Распахиваю дверцы и бросаю новенькой:

– Давай залезай.

А она смотрит на меня таким ошалевшим взглядом, что я понимаю – сама, по доброй воле, не полезет.

– Ты очень хочешь, чтобы Феликс тебя нашёл, да?

– Нет. Просто…

И замолкает, переводя взгляд с меня на шкаф и обратно.

– У тебя клаустрофобия? – спрашиваю на полном серьёзе.

Ну мало ли… А я тут со своим шкафом к ней лезу.

Лера сначала отрицательно мотает головой. А потом неожиданно согласно кивает.

Не понял…

Чёрт! Походу, где-то в другом месте придётся прятаться! Однако мы не успеем, потому что я вдруг отчётливо слышу голос Феликса в коридоре.

– Эй, Яр! Мне тут сказали, что один класс не заперли. Для тебя. Осталось только выяснить, какой!

Твою мать… Быть пойманным я не собираюсь. Проигрывать просто не умею!

А Феликс насмешливо продолжает:

– Она ведь с тобой, да? Можешь не отвечать, конечно, с тобой.

Короче, надо что-то делать! И я, несмотря на то, что новенькая упирается, подталкиваю её к шкафу. Мы с ней даже немного боремся. Но я всё-таки умудряюсь запихнуть туда Леру. Потому что от моих прикосновений девчонка вдруг начинает дрожать, а потом и вовсе обмякает.

Хрен его знает, что с ней не так!

Она сидит на пятой точке в углу узкого шкафа, прижав колени к груди. На меня смотрит исподлобья. Перестала трястись и теперь злится.

– Закрой дверь, Агоев. И вали уже, прячься, – цедит она сквозь зубы.

– Нет, ты, похоже, не поняла, – усмехаюсь я и быстро забираюсь в шкаф.

Согнувшись в три погибели, умудряюсь тоже сесть и подтянуть ноги к груди. Лера вскакивает и пытается выбраться.

Хватаю её за талию, и она падает на меня. Вытягиваю ноги, положив их на то место, где она сидела. Теперь всё просто отлично. Дверца закрывается, мне не особо тесно, и Лера, сидящая у меня на коленях, вроде притихла.

– Ты за это ответишь… – говорит она сквозь зубы.

Но одновременно с яростью в её голосе явно слышится истерика.

– Да я даже руками тебя не трогаю, – шепчу ей в волосы.

– Твои чёртовы руки на мне! – шипит Лера и вмазывает по ним со всей силы.