Воин Бездны

Впервые за много лет гарнизон покинул форты: оставаться в каменных мешках с бойницами на океан не имело смысла – солдаты глохли и сходили с ума, не выдерживая непрестанного грохота волн. Да и от кого защищаться? Самый могучий флот, самый мощный десант не смогли бы в такую погоду угрожать береговой полосе.

Дни тянулись как годы: два, три, четыре… Неделя… Наконец ветер утих – в одночасье, словно по волшебству. «Никак смилостивился Господь… Может, и весны дождёмся?» – бормотали горожане, выползая из сырых домов.

Угрюмо порыкивающие напоследок тучи потянулись на север.

Сквозь голубые прорехи выглянуло солнце – яркое и по-весеннему тёплое. От мокрых укреплений повалил пар, закрывая небо бледной дымкой.

Океан успокоился: грязно-бурая муть осела, вода обрела чистоту и прозрачность, переливаясь всеми оттенками сапфира. Волны лениво отступили, оставив на песке раковины мидий, устриц и морских гребешков. На мокрые пляжи высыпали дети: распахнув глаза от жадности и восторга, они копошились в полосе прибоя, споро наполняя корзины дармовой едой.

Домохозяйки в жилых кварталах, исхудалые и бледные, как тесто, выставили на воздух пузатые горшки с геранью. Корявые плети жимолости, карабкающиеся по гранитным стенам, дали новые побеги – клейкие и нежные, словно листья салата. Из-под фундаментов пробились цветки неистребимого утёсника.

В любом другом городе это означало приход весны. В любом… но не здесь.

Морской Ключ ждал. И готовился.

Тёплый воздух наполнился ароматом свежего хлеба. Будто навёрстывая упущенное за зиму, пекари трудились вовсю: ещё бы, день-другой… и в городе не протолкнёшься от едоков – только успевай готовить!

В порту пряный запах выпечки смешивался с копотью – смолокурни работали днем и ночью, извергая густые столбы дыма.

Тяжёлые, маслянистые, они будто издевались над весенним бризом, бессильным их рассеять. Бешеный стук плотницких топоров не утихал ни на минуту, смешиваясь с резкими окриками десятников: живей, живей, времени в обрез – если летняя эскадра к сроку не будет на плаву, со всех три шкуры спустят!

Хозяева трактиров сбились с ног: полгода их клиентурой были только окоченевшие стражники, заглянувшие на стаканчик… Зато теперь клиент повалил валом.

Из окрестных деревень и городков шли каменщики, плотники, кожевенники и ткачи… Широкий поток сезонных рабочих, проходя сквозь центральные ворота, распадался на ручейки и исчезал в недрах мастерских. Работы хватало всем: и чужакам, и местным – каждая пара рук была на счету.