Воин Бездны

Чёрт! Если Хлыст почуял неладное… Ему всего-то и надо: зайти в «уголок» после отбоя и взять обоих теплёнькими! Бриант выкрутится, конечно, – как же, с таким-то папашей! Да ещё будет горланить на каждом углу: у Эрвана, мол, кишка тонка – как до дела дошло, мигом прибежал к наставнику жаловаться. Чего ещё ждать от дикаря с горной заставы!

Эрван ссутулился, чувствуя затылком ненавидящий взгляд будущего противника.

Недаром сегодня позади сел, гад! Обычно-то его с переднего ряда не вытащишь. Как же, галёрка не для белой кости! Ну ладно, Бриант, сверли глазами, если нравится, – всё равно дырку не провертишь! По крайней мере до ночи.

А там посмотрим, кто кого. Лишь бы не сорвалось!

Оскорбление свежей занозой сидело в памяти – Эрван ощутил, как из глубины естества поднимается жаркая волна гнева. Он несколько раз вздохнул, глубоко и размеренно.

«Рано, парень! Вот когда начнётся, пожалуйста… А сейчас не стоит. Еще перегоришь раньше времени».

Медленным, нарочито скучающим жестом он повернулся к окну.

Хмыкнул, глядя на частые капли дождя, ползущие по стеклу. Нахмурился: «А вот ливень некстати… Если к ночи не утихнет, прости-прощай луна! Как тогда драться, куда целить – в темноте и морду не разглядишь! Ладно, авось перестанет: майские дожди здесь не те что у нас – вот в горах на несколько дней зарядить может. А тут – пару часов, и всё. Если повезёт, даже земля подсохнуть успеет. Время есть – больше чем хотелось бы…»

Он провел ладонью по гладкой, отполированной множеством рук крышке парты.

Сколько раз он так делал за четыре года? Усмехнулся: кто ж теперь сосчитает… Зато ясно: этот последний.

Пальцы привычно ощутили зарубки старых надписей, оставленных курсантами неизвестно когда. Вот одна, размашистая, с угловатыми буквами: «От рассвета до заката скоро буду спать, ребята. Бывайте!»

Ясно, это будущий абордажник постарался: эти и от заката до рассвета службой не утруждаются – что им делать-то на судне, пока моряки вкалывают? Интересно, где-то он сейчас? Топчет палубу или давно на дне морском?

Так, что там дальше? Вот надпись на ребре, мелкая – пальцами читать сподручней, чем глазами: «Слева рифы, справа мели – рыбы хорошо поели!»

Эрван скривился: штурманский юмор и так на любителя – мрачнее только судовые врачи шутят… а сейчас, накануне поединка, давно знакомая надпись показалась ему зловещим предзнаменованием.

Ветер с шумом хлестнул по окнам, обдав стекла водяной крошкой.