Многоточия. Дилогия

Пока это единственное, что я смог придумать.

Поднимаюсь с дивана и, осторожно ступая, шагаю в сторону спальни, где несколько часов назад скрылась Джейн. Тихонько открываю дверь, полоска света из коридора освещает комнату и большую двуспальную кровать. Свернувшись калачиком, девушка лежит на самом краю прямо поверх покрывала. Распущенные волосы темной волной разметались по подушке, на лице безмятежность, какой не увидишь, когда она бодрствует. Вопреки всем своим мыслям минуту назад, втягиваю носом воздух. От Джейн исходит только спокойствие.

Ее собственный запах перебивает все остальное. Сейчас сладкий ландыш, смешанный с ярким ароматом клюквенного мармелада, заполняет все пространство вокруг. Несколько секунд стою и просто дышу, ощущая, что постепенно все волнения отходят на задний план. Мне… нравится это сочетание. Оно успокаивает.

Это открытие бьет точно под дых и заставляет попятиться. Какого хрена? Осторожно, чтобы не разбудить Джейн, прикрываю дверь и возвращаюсь в гостиную. Пару минут просто стою, глядя в пространство прямо перед собой.

Какого дьявола только что произошло? Ответом мне служит лишь собственное спокойствие.

Встряхнув головой, прохожу на кухню. Задумчиво оглядываю помещение. Проверяю ящики. Пусто. Заботливая Лав забрала всю еду, чтобы ничего не испортилось.

Вздыхаю, обдумывая, как поступить. Для начала нужно раздобыть еду и новую одежду для Джейн. Они с Лав примерно одной комплекции, можно попросить помощи у нее. Бросаю последний взгляд на дверь спальни, даже через преграду ощущая аромат, исходящий от мирно спящей девушки.

Решительно шагаю на выход. Оказавшись снаружи, щурюсь от яркого полуденного солнца и прикрываю за собой дверь. Осматриваю берег. На пляже никого. Скорее всего все заняты чем-то важным. Надеюсь, Лав и Килиан дома. Искать их по всему острову у меня нет никакого желания.

Через несколько минут уже стою на пороге дома брата. Ради приличия стучу в дверь и дожидаюсь, когда она откроется. Это происходит уже через двадцать секунд.

Лав слабо улыбается мне и жестом приглашает внутрь.

– Килиан дома? – спрашиваю я.

Плечи девушки брата едва заметно напрягаются. Я чувствую вспышку ее раздражения. Не могу понять, на кого оно направлено – на меня или Килиана. До тех самых пор, пока Лав не произносит с издевкой в голосе:

– Желаете поговорить наедине? Я могу и прогуляться, мне нетрудно.

Теперь понятно, она все еще обижена на нас обоих. Едва сдерживаю улыбку. Лав, как всегда, раздувает из мухи слона.