Противостояние

Все так же неотрывно смотрю на него и тихо спрашиваю:

– Ты знал, что дядя прилетит за мной?

Мэйсон вздыхает, и мне сразу все становится понятно.

– Знал.

Поднимаю руки, убираю его ладони от своего лица и отступаю на шаг, упираясь ногами в тумбочку.

– Почему не рассказал?

Мэйсон роняет руки и отводит взгляд.

– Я думал, у меня получится убедить тебя уехать со мной до того, как все обернется таким образом.

Киваю. Он и правда чуть ли не каждый день уговаривал меня убраться отсюда подальше, но я была непреклонна.

Не удивлюсь, если это он связался с дядей и…

Нет. Мэйсон не мог так поступить. Я уверена, что не мог.

– Ты останешься, или улетишь вместе со мной? – зачем-то спрашиваю я, ощущая себя дрянью.

Если все пройдет по плану, мне вообще не придется никуда лететь, но Мэйсону об этом знать незачем.

– А ты хочешь, чтобы я полетел? – интересуется он, и ему не удается скрыть горечь и недоверие в голосе.

Зачем я вообще завела этот разговор? Если отвечу утвердительно, то дам Мэйсону ложную надежду, а я этого не хочу.

Он не заслуживает того, чтобы его вводили в заблуждение. Но и ответить отрицательно я тоже не могу. Не знаю, что из этого хуже.

– Если ты этого хочешь, – наконец произношу я.

По его тихому вздоху догадываюсь, что Мэйсон хотел услышать совсем не это.

– Сегодня у меня ночное патрулирование, – внезапно меняет тему он. – Но я могу поговорить с Джексоном и перенести его на завтра, чтобы не оставлять тебя одну.

Медленно моргаю, а в голове безостановочно крутятся шестеренки.

Это невероятное везение. Второе за день, и я просто не могу упустить шанс.

– Все нормально, – говорю я, стараясь, чтобы от волнения не дрожал голос. – Доктор прописал мне постельный режим, поэтому я выпью снотворное, которое он мне дал, и лягу спать пораньше. Скорее всего просплю до утра, так что тебе необязательно караулить меня.

Мэйсон несколько секунд испытующе вглядывается мне в лицо, после чего неторопливо кивает.

– Ладно. А пока ложись.

Принести тебе что-нибудь?

– Нет, спасибо.

Мэйсон выходит из спальни, а я ложусь на кровать, пытаясь улечься так, чтобы ничего не болело. Ощущаю обречение оттого, что время утекает впустую. Хотя, с другой стороны, посреди дня у меня вряд ли получилось бы незаметно сделать хоть что-то. Зато будет время подумать.

Через пару минут Мэйсон возвращается с сумкой, полной оружия, садится в изножье кровати и принимается чистить его, иногда поглядывая в мою сторону.