Точка. Трилогия

Но он какой-то странный, совсем не такой, какими я помню города из своего детства. Нет людей, едущих машин, ярких вывесок. Нет ничего и никого. Нет, машины все-таки есть, но они стоят брошенные, самое главное – нет людей.

В горле встает ком. Так это правда? Лабораторный эксперимент ARO распространился по всему миру? Людей с S.K.G. было гораздо меньше, чем тех, у кого его нет. Неужели, большинство жителей земли умерло, когда их кусали так называемые психи?

– А… а где люди? – дрожащим голосом спрашивает Кейлин, незаметно подошедшая ко мне справа.

– Этот город был уничтожен одним из последних, – заявляет Эмерсон. – И было это четырнадцать лет назад. С тех пор военные отслеживают появление здесь психов. И привозят нас сюда на тренировки, если психов становится слишком много.

Недоверчиво смотрю на него, отвернувшись наконец от печальной картины у подножия холма.

– Зачем же ты привел нас сюда? Если город нежилой?

Эмерсон раздраженно смотрит на меня и вздыхает.

– Сейчас нет ни одного жилого города во всем мире, если ты этого еще не поняла.

Это первое. А второе, нам надо где-то передохнуть, чтобы убраться отсюда как можно дальше.

– Там нас могут поджидать военные, – совершенно логично замечает Джейден.

– Могут, – соглашается Эмерсон. – Но я не думаю, что они уже здесь. Чтобы разобраться с проблемами в лаборатории, понадобится больше времени. К тому же они не могут контролировать весь город. Мы спрячемся подальше от окраины и будем вести себя осторожно.

– А если там есть эти… – начинает Кейлин, но спотыкается, подбирая слова. – Ну, люди, пьющие кровь?

– Постараемся их обойти, если придется, будем защищаться. Этим займется Зак. Стрелять будем только при крайней необходимости, потому что звуки выстрелов могут выдать нас военным, если они там есть, и привлечь еще больше психов.

– Куда мы пойдем потом? – вырывается у меня вопрос.

Сейчас меня заботит только это. Если городов больше не существует, значит мне нет смысла искать дорогу к маме.

Возможно, мамы тоже больше нет. Не помню, когда я плакала в последний раз, но сейчас мне этого очень хочется. Сдерживаюсь с большим трудом, не хочу закатывать истерику при всех.

Эмерсон внимательно вглядывается в мои глаза, вероятно, догадываясь о моих чувствах, но мне все равно, даже если он засмеется мне в лицо.

– Сначала отдохнем, потом решим, – говорит он без всяких насмешек, чем немало удивляет меня.