Возмездие

– Что?

– Ты слышал, – серьезно произношу я. – Никакие кордоны не выдержат множественной атаки монстров, и ты об этом знаешь. Нужно уводить людей из темноты, иначе все это плохо закончится.

Вижу, как при этих словах, желваки Джареда начинают ходить ходуном. Но он должен понимать, что я права. Не спорю, этим людям удалось вытеснить из подземелья тварей и наладить безопасное существование, но все это закончилось вместе со взрывом портала. Целостность подземелий нарушена, рано или поздно твари хлынут через образовавшиеся проходы и уничтожат все живое на своем пути.

От них не будет спасения. Нужно бежать.

Продолжаем путь в гнетущей тишине, каждый из нас погружен в свои мысли, но я уверена, что они схожи. Сейчас Джареду нужно принять непростое решение. Если он хочет спасти людей, доверивших ему свои жизни, он должен придумать, как убедить их уйти с насиженного места. Кроме того, перед ним стоит непростая задача – найти для них безопасное место. Но как это сделать в мире, где в принципе почти не осталось таких мест? К тому же ситуацию осложняет то, что Джаред в бегах.

С определением людей в убежища может помочь Джексон, но второму Куперу там делать нечего. Судя по его настрою и уверенности, Джареда если не убьют, то снова закроют в камере. Не сомневаюсь, что ни один из вариантов его не устраивает.

До станции, которую мы миновали первой, добираемся быстрее, чем за час. Сейчас нам есть куда спешить, поэтому мы продвигаемся гораздо быстрее. Дьюк достает рацию и пытается связаться с оставшимся за старшего Гейлом, но пока попытки не приносят желаемого результата.

По напряженной спине Жана могу с уверенностью заявить, что парень не перестает нервничать с тех пор, как мы двинулись в обратный путь. На этот раз он шагает рядом с дядей, изредка вступая с ним в разговор. Куперы идут сразу следом, Джаред расспрашивает Джо о чудо-лекарстве, которое за минуту залечило его раны. Она рассказывает все, что знает о свойствах сердец, о которых нам стало известно в другом мире. Движения Джареда такие же уверенные, как и всегда, из чего я могу сделать вывод, что рана, вернее, то, что от нее осталось, не причиняет ему никакого дискомфорта.

Я замыкаю процессию, поэтому первой слышу подозрительный звук позади. В горле мгновенно становится сухо, а по плечам пробегает холодок. Поворачиваюсь и вглядываюсь в темноту тех мест, где мы только что проходили. Рука непроизвольно тянется к пистолету, когда я замечаю движение. Прищуриваюсь, чтобы лучше рассмотреть преследователя.