Харассмент

Была еще небольшая прослойка шутников со смешными фотками и нелепыми фразочками в профиле – при такой скудости выбора Инга задерживалась на их страницах чуть дольше. Однако мужчин, которые ей бы по-настоящему нравились, почти не попадалось. За весь год у нее было два или три тиндер-свидания, и все они не зашли далеко.

Смахнув влево очередную анкету, Инга некоторое время созерцала следующую, пока не заскриншотила ее и не отправила Максиму. Страница принадлежала мужчине с волосами, убранными в хвост, который в описании рассуждал о своих сексуальных требованиях к женщине, не стесняясь деталей, но при этом заменял слово «секс» на «кекс».

Инга и Максим обожали обмениваться скриншотами впечатливших их аккаунтов и едко шутить на их счет.

Спустя десять минут бессмысленного листания Инга ощущала смертельную скуку, но спать не хотелось и заняться больше было нечем. Она зашла в настройки и увеличила возрастной диапазон претендентов с тридцати пяти лет до тридцати семи. В конце концов, если она не встретит среди них свою судьбу, то хотя бы найдет новый источник для шуток с Максимом.

Она почти бездумно смахнула еще несколько анкет влево и вдруг замерла.

На экране был ее начальник, Илья Бурматов. В профиле всего три фотографии – на первой, основной, он одет в белую футболку, на лице солнцезащитные очки, улыбается расслабленно, позади – ослепительное море. На второй катается на серфе – лица не разглядеть, зато отлично видно мускулатуру. На третьей он в свитере с оленями на фоне наряженной елки – фотография явно студийная, и ее пошлость несколько уравновешивалась скептическим выражением лица Ильи.

Инга внимательно изучила каждую фотографию. На фотке с серфом задержалась особенно долго: ее пленила самовлюбленность, которую, очевидно, испытывает человек, выкладывающий такие снимки. Все фотографии относительно свежие – по крайней мере, Илья сейчас выглядел точно так же. При этом камера явно его украшала – в жизни он не казался ей таким привлекательным.

Рассмотрев каждую деталь, Инга перешла к самому профилю.

В нем была всего одна фраза на английском: «More like Russell and ‘state your intentions’, less like Sartre and ‘my mental mess is cute’». Инга тут же загуглила фамилию Рассел и, продравшись сквозь юмористов, актеров и баскетболистов, нашла на Википедии статью про философа Бертрана Рассела. Она ничего про него не знала. Фраза ей, однако, понравилась. Означает ли это, что Илья Рассела читал? Инга уважала начитанных людей.