Любовь в разных лицах: идеал для наивной девочки

 – Похоже, ты повзрослела раньше, чем твоя сестра, и раньше, чем когда-то повзрослела я…

– Не думаю, что это твоя заслуга – ну, разве что если тем, что ты предоставила меня самой себе, – отозвалась Поля.

– Вот как? С чего это ты так заговорила? – с удивлением посмотрела на нее Ирина Владиславовна.

– Не знаю. Может, потому что до сих пор ты сама предпочитала не заговаривать со мной? А может потому, что ты скоро уезжаешь… или я на самом деле повзрослела. Я люблю говорить искренне, поэтому и говорю так сейчас…

– Наверное, ты права.

Я не говорила с тобой и Викой. А сегодня вдруг узнала, что ты очень сильная личность… Почти жалею, что не проявила интереса раньше.

– Неужели?

– Я очень удивлена. Я думала, что ты больше похожа на своего отца.

– А это не так? – спросила Поля. Она испытывала смешанное чувство безразличия и интереса к матери, вернее, интереса к ее словам – в конце концов, сегодня мама впервые решила высказать какое-либо мнение о ней.

– Внешне да, – ответила Ирина Владиславовна, словно не замечая холодности, исходившей от Поли.

Хотя, в принципе, Полины чувства мало ее занимали – ей хотелось озвучить свои внезапные выводы. – Но характер… Я бы сказала, что узнаю в тебе частицу себя в юности… но это не верно. Определенно, сходство есть, но… А вот от папы в характер ты не взяла ничего.

– Откуда тебе знать, какой у меня характер? – удивленно спросила Полина. Ее покоробило заявление мамы, что она, Поля, не похожа на отца, потому что Поля ни за что не хотела бы походить на мать.

– Вопрос справедливый, – усмехнулась Ирина Владиславовна, закуривая длинную тонкую сигарету. – Откуда я знаю… Я наблюдаю за вами. За тобой и Викой. А наблюдение иногда дает больше сведений, чем близкое и тесное общение… Да и не умею я быть кому-то близкой. Твой отец, пожалуй, был единственным человеком, от которого я не умела ничего скрывать. Не умела и не хотела. А за вами я просто наблюдала. Но если Вику путем наблюдений я узнала очень хорошо, то ты сразу же, в первом же серьезном разговоре, сумела меня удивить.

Поля не понимала, чего от нее хотят. Мама смеется над ней или восхищается? Или ей все равно? К чему эти пространные размышления вслух?

– Хочешь, я открою тебе тайну, Поль? Вернее, не тайну, а кое-что очень личное? Сама не знаю зачем, но я хочу это тебе рассказать. Тебе пригодится… если, конечно, ты воспримешь это серьезно.