Древние тайны (сборник)

Я знаю миллион разных вещей, о которых вы и представления не имеете. Я вас могу только жалеть – какую первобытную некультурную жизнь вы ведете».

Вот, например, этот скребок. Ну что бы его не сделать железным, то есть ножом? Надо будет рассказать им, как делать железные ножи.

– Железо, – сказал он старухе. – Железо хорошо. Мы бы этого ленивца в два счета разделали.

Старуха кивнула, теперь она ничего не поняла. Может, подумала, что Пашка благодарит ее за науку.

«Ну а если железа у вас пока нет, – продолжал мысленно размышлять Пашка, – мы можем заострить скребок по-другому.

Как это сделать? Наверное, надо найти большой камень и об него молотить!»

Поскольку работа над разделкой ленивца шла своим ходом, а от Пашки пользы было мало, никто не стал возражать, когда новенький троглодит отошел в сторону, сел над самым обрывом, где лежала каменная плита, и принялся молотить по этой плите своим скребком.

От его ударов сыпались искры.

Он молотил, молотил, в раж вошел, разозлился и тут почувствовал, что его кто-то, крепко схватив за ухо, поднимает.

Пашка постарался обернуться, но было больно, и он лишь по голосу догадался, что это Мама.

Она взяла с плиты скребок и стала его крутить в свободной руке.

– Ой, плохо! – зарычала она. – Скребок хороший, Седой плохой. Зачем скребок ломал? Зачем тупой делал? – И отвесила Пашке подзатыльник.

И поскольку ему давно никто, кроме мамы, не давал подзатыльников, Пашка вспылил и кинулся на нее с кулаками. Он все равно не воспринимал ее ни как настоящую женщину, ни как вождиху, а считал большой обезьяной.

Ну, тут он получил! Его колотили, молотили, крутили, кидали, швыряли – только что в землю не закопали.

– Сдаюсь! – закричал наконец Пашка. – Сдаюсь же, кому сказал.

Вождиха отпустила провинившегося мальчишку и стала ему выговаривать:

– Мама – главная. Нельзя бить. Плохо.

– Ой, плохо! – говорили остальные и качали головами. Они стали объяснять Пашке как могли, где словами, где руками, что если поднять руку на вождя, то не будет порядка в племени.

А не будет порядка, любой враг может перебить несчастных троглодитов. Они принялись рыдать, размазывая по грязным лицам слезы, и даже Мама присоединилась к рыданиям.

– Ну кто сказал, что вы нечувствительные! – воскликнул Пашка. – Просто кружок по вышиванию!

Он сразу почувствовал себя умнее и сильнее троглодитов. Они же как дети. Они дикари. И обращаться с ними надо как с детьми.