Глубокоуважаемый микроб (сборник)

Впрочем, он и без пиджака раза три застревал, и карлику приходилось тащить его за уши.

Через несколько минут, измаранный в земле, исцарапанный, измятый, с горящими ушами, Удалов стоял в подвале лаборатории покойного профессора. Вокруг высились приборы и аппараты, горели светильники – все, к счастью, осталось таким же, как в тот момент, когда профессор попал в плен к микробам.

– Что теперь? – спросил Удалов.

– Профессор занимался проблемой мгновенных путешествий, – сказал карлик. – Проблема еще совсем не исследована.

Вот из этой машины можно ступить в один из миллионов миров Галактики. Только не знаю, в какой попадем.

– А может быть, нам здесь остаться? Доберемся до космодрома, залезем в корабль.

– Доберешься! – возмутился карлик. – На этой планете все начеку, все с микробом в сердце. Мы и двух шагов по улице не сделаем, как попадемся. Единственный шанс – поискать по другим планетам какой-нибудь выход к нормальным людям. Нам нужна планета, куда прилетают космические корабли.

Может, не сразу, но мы ее отыщем.

Из подкопа послышалось тяжелое дыхание.

– По-моему, там кто-то застрял, – сказал карлик.

– Не уходи, – послышался из-под земли глухой голос Тулии. – Поговорим по-дружески.

– Знаем мы вашу дружбу, – ответил печально Удалов.

Сердце его было неспокойно. Он не мог окончательно изгнать из него любовь к несчастной красавице. Поэтому, пока карлик готовил приборы, чтобы перейти в параллельный мир, Удалов склонился к подкопу и сказал:

– Тулия, я тебе обещаю, что приму все меры, чтобы освободить тебя от паразита и вернуть маме.

– Спаси, – послышалось в ответ, но тут же вырвавшаяся из сердца девушки благодарность оборвалась, и Верховная матка микробов произнесла тем же сладким голосом: – Доберусь я до тебя!

– Сюда, Корнелий! – позвал карлик. – Путь открыт.

И Удалов, не дожидаясь, пока Верховная матка приведет свою угрозу в исполнение, кинулся к карлику, который раскрыл люк в сложной и громоздкой машине.

Удалов последовал за карликом и мгновенно оказался на какой-то другой планете.

Неизвестная планета показалась Удалову гостеприимной и мирной. На ней свежий ветер шуршал сосновыми иглами, пели птицы, журчали ручьи и парили стрекозы.

– Ну прямо как дома, – порадовался Удалов. – Даже жаль, что фотоаппарата нет. Вот бы знакомые удивились такому сходству.

– Пошли, не теряй времени даром, – подгонял карлик. – В любой момент может показаться погоня.