К. Булычев. Сборник

 – Скажи мне, какие птицы улетают на лето в полярные края?

– Ну, гуси, например. Потом…

У Пашки есть отвратительная манера не дослушивать собеседника, если он уже узнал, что требовалось. Догадайся Джавад, к чему приведут его слова, он бы тысячу раз подумал, прежде чем сказать про гусей. Ведь есть и маленькие птицы, которые летают в полярные страны. Но он сказал «гуси» и снова углубился в справочник.

На следующее утро Пашка исчез: помчался в Институт генного конструирования, чтобы достать там гены серых гусей.

– Что-то Пашка не вылезает из лаборатории, – сказала Машенька Белая через несколько дней.

– Комаров хочет загубить, – ответила Алиса.

Они кормили дельфинов, а те прыгали так, что казалось – весь бассейн выплеснут.

– А почему он молчит? Ты представляешь, чтобы Пашка в нормальном состоянии молчал?

– Это подозрительно. Давай развеем тайну.

– Как?

– Пойдем к нему. Ему самому не терпится похвастаться.

Алиса с Машенькой заглянули в лабораторию. Пашка сидел у электронного микроскопа и даже не заметил, как они вошли. На столе стоял какой-то ящик, накрытый черной тканью.

– Пашка, пойдем в волейбол поиграем, – сказала невинно Алиса.

– Отстань, – отмахнулся Пашка. – Я занят.

– Пашка, Геракл по тебе скучает, – сказала Машенька.

– Потерпит, – сказал Пашка.

– Слушай, что случилось? Ты на себя не похож.

Пашка молчал.

– Скажи хоть, чем занимаешься? – спросила Машенька.

– Сделаю – увидите.

– Не похоже на тебя, – сказала Алиса. – И вообще не помню случая, чтобы кто-нибудь из нас делал тайну из своей работы.

– А я вот делаю, – сказал Пашка. – Потому что вы играете в детские игры, а я создаю переворот в биологии.

– Значит, не скажешь?

– Потом, потом…

Девчата вышли из лаборатории расстроенные. Мимо как раз проходил Аркаша.

– Слушай, Аркаша, – спросила Алиса, – ты не знаешь случайно, чем так увлечен Пашка Гераскин?

– Знаю, – сказал Аркаша.

– Зачем?

– Чтобы комары на лето улетали в полярные страны и не кусали людей. Он их с кем-то скрещивает.

– Что-то я беспокоюсь, – сказала Алиса и побежала к Джаваду, который менял компресс на ухе жирафу Злодею. Жираф стоял перед ним, как старинный железнодорожный шлагбаум, вытянув шею вперед.