Монументы Марса (сборник)

Мы сидели с Миком на переднем сиденье, и поэтому, когда я наклонился к нему и начал тихо говорить ему на ухо, его жена ничего не слышала.

– Мик, – сказал я, – только не надо шуметь и устраивать истерику. Сейчас мы приедем в одно место, и вы тихо выйдете из машины. Там нас ждут.

– Кто? – прошептал он, тоже стараясь, чтобы жена не услышала. – Кто может ждать… здесь?

– Мик, – сказал я, – вы ведь думаете только о себе. Мы вынуждены думать о более серьезных вещах. Путешествия во времени невозможны. Успешное путешествие во времени может нарушить, как говорил поэт, «связь времен».

Вы исчезли в прошлом, образовав там опасную лакуну. От вашего отсутствия нарушается баланс сил в природе. Вы же физик, вы должны были это предусмотреть.

– И ждать, пока нас убьют и отправят куда-то наших детей?

– Ваши товарищи не избегли этой участи. Поймите, Мик, я не имею ничего против вас и вашей семьи. Я искренне вам сочувствую и надеюсь, что обвинение против вас будет снято. Известно множество случаев, когда людей отпускали на свободу.

– В каком году умер академик Крупинский? – спросил вдруг Мик в полный голос.

– Не знаю, – сказал я. Хотя знал, что в 1938 году.

Мария Павловна почувствовала что-то в его голосе.

– Что случилось? – спросила она. И, когда ей никто не ответил, сказала очень тихо: – Я так и знала.

Машина въехала во двор управления, железные ворота закрылись за ней. Не замедляя хода, она нырнула в знакомые мне ворота и резко затормозила во внутреннем зале. Два наших товарища уже ждали.

Один из них открыл дверь.

Два других наших товарища, которые сидели на заднем сиденье, спрятали оружие, и женщина средних лет – я ее знал только в лицо – сказала:

– Выходите спокойно, товарищи.

Они вышли совершенно спокойно. Я хотел взять девочку из рук Марии Павловны, чтобы помочь той. Но Мик оттолкнул меня. Я не обиделся. Я понимал, что, с его точки зрения, я кажусь коварным человеком, заманившим его в ловушку.

– Куда нас денут? – спросил он визгливым голосом.

Я подумал, что с облегчением забуду это длинное сплюснутое лицо и эти длинные желтые зубы.

– Назад, – сказал один из наших товарищей.

– Но ведь этого нельзя делать, – сказала Мария Павловна. – Они там нас ждут.

Товарищ пожал плечами.

В низкую железную дверь вошел Степан Лукьянович. Он быстро взглянул на беглецов, потом пожал мне руку и поблагодарил за работу.

– У меня были данные, – сказал я. – Остальное лишь опыт и наблюдательность.