Монументы Марса (сборник)

Словно нехотя оторвался от земли и низко завис, борясь с земным притяжением. Потом сразу набрал высоту и скрылся за лесом.

– Сначала мы остановились на кораллах, – продолжал Кушак. – Коралловые рифы тянутся на тысячи километров. Миллионы поколений коралловых полипов, умирая, вкладывают свои скелеты в стену общего дома. Но кораллы живут в воде, строят рифы в течение тысячелетий и, кроме того, нуждаются в органической пище, дабы ускорить процесс размножения мадрепор, а с попытками извлечь их из воды мы потерпели неудачу.

И успеха мы добились в конце концов не с кораллами, а с мутациями фораминифер, раковинных амеб…

– Материал этот, – объяснил Кушак Вольскому, – если рассматривать под микроскопом, состоит из ракушек амеб.

– У амеб нет ракушек, – поправил его Вольский.

– Это раковинные амебы, близкие к фораминиферам.

– Так бы и говорил. – Вольский сказал это так, словно всю жизнь возился с фораминиферами.

– Из останков этих простейших, – сказал Кушак, – сложены известняки Крыма и Усть-Урта.

Мы научили их жить в воздухе и размножаться с завидной быстротой. Вот этот кубик, который ты держишь в руке, вырос у нас вчера за пятнадцать минут. Ты представляешь, что это значит?

– Представляю, – сказал Вольский.

Пока что он ничего не представлял. Он только хотел заполучить этот кубик.

– Скоро начнем полевые испытания, – сказал Кушак. – И, возможно, столкнемся с тобой на деловой почве.

– Разумеется, – сказал Вольский, – я окажу всяческое содействие.

– Мы представляем себе это так: делается металлическая опалубка, и в нее закладывается затравка амеб.

 – Кушак показал на полку, где выстроились рядами пробирки, заполненные розовым веществом. – Как только раковины амеб заполнят пространство внутри опалубки, их убивают, и дом готов. Конечно, это не так просто, как кажется на словах…

Вольский подошел к полке, снял одну из пробирок.

– А что они жрут?

– Это самое главное. Извлекают азот из воздуха. А материал для раковин берут из земли, одновременно строя фундамент дома.

– А дом в яму не ухнет?

– Нет, наш «раковин» – материал пористый, он как бы вытесняет почву и заполняет свободное пространство. А вес дома невелик.

– Теперь все ясно, – сказал Вольский. – Значит, так: ты даешь мне образцы материала, я еду в Москву. Это же докторская диссертация. И не одна. Тут и тебе, и твоим людям, и мне самому хватит. Правда, Колюша?

В глазах Вольского горели светлые огни подвижника, жертвующего всем ради дружбы.