Калинов мост

Старуха взяла сковородку и принялась накладывать истомившемуся Игорю картошку. В прихожей заскрежетал замок. Хлопнула дверь. Благодушие слетело со старухи, как с белых яблонь цвет.

– Приятель твой пришел, – проворчала она.

Кот не заставил себя ждать. Уже через минуту он появился в дверях кухни. Вид он имел озадаченный. Уминавший картошку Игорь встрепенулся.

– Ну что? Познакомился?

Кот молча кивнул. Глазами стрельнул на Ягу.

– Что-то не так? – перехватила взгляд старуха.

– Не так, – сощурился Кот.

 – Ты, костяная нога, зачем бабу его сюда притащила? Или тебе гурьбой оживлять сподручнее?

– Какую бабу? Ты о чем?

– А то ты не знаешь, – фыркнул Кот. – Я сегодня видел Милонегову девку. И он по ней с ума сходит. Даже память прорезается. Слава богам, он этого не понял.

Старуха помрачнела, молча опустилась на табуретку. Кот смотрел испытующе. Игорь тихой сапой трескал картошку, не решаясь встревать в разговор. Наконец старуха прервала молчание.

– Это не я, – тихо и быстро произнесла она.

 – Я ее не воскрешала. Только его.

– Хорошие дела, – протянул Кот. – И что это значит?

– Одно из двух, – задумчиво откликнулась старуха. – Либо ее воскресили силы мертвого мира, либо в этой истории участвует кто-то кроме нас.

– Еще одна яга?

– Не знаю, – окрысилась старуха. – В любом случае эта девка скорее враг, чем друг. Вот что, надо будет ее как-нибудь подловить и к нам затащить. Я ей память открою, все и выясним.

– А Олег? В смысле Милонег? Если узнает, что мы с ней так, – Кот запнулся.

 – Он тебе этого не простит.

– Мало кто мне чего не прощает, – пробурчала старуха. – Переживу. Чего там с Олегом?

Кот расплылся в довольной улыбке.

– Все хорошо. Завтра начну его тренировать. Это, конечно не то тело, что у Муромца и Поповича воинским хитростям училось, но кое-что может. Будем развивать. Сколько времени у нас есть?

Старуха пожала плечами.

– Кто знает. Может несколько месяцев, может несколько лет.

Олег очень торопился. Встал рано с мыслью, что проспал, глянул на часы и понял, нет, будильник еще не звонил.

Тем не менее встал, наскоро собрался и вышел в утро с вялыми машинами, сонными пешеходами и сумасшедше орущими птицами.

К заветной лавочке он пришел на пол часа раньше, но дядя Костя, оказалось, уже был на месте. Он сидел откинувшись на спинку лавочки и блаженно щурился на солнце. На подошедшего Олега глянул лениво приоткрытым глазом.

– Не спиться? – поинтересовался он. – Это хорошо.