В зоне тумана

Так что, когда вертолеты пролетали над головой, я остановился. Зачем лишний раз отсвечивать?

Машины, посветив матовыми крашеными днищами, прошли в сторону ангара. Сейчас начнется. Шагов через двадцать сзади донеслись звуки «зачистки». Усмехнувшись собственной проницательности, я прибавил ходу.

Но далеко мы уйти не смогли. Сглазил я свою удачу на сегодня. Впереди неторопливо шли трое военных. Они не спешили, перекидывались шуточками, судя по смешкам, потому что разобрать слова с такого расстояния было невозможно.

Я остановился, пригляделся. В поле зрения появились еще двое. Потом еще… На седьмом я перестал считать и ринулся назад со всей возможной прытью. Хлюпик некстати оказался под ногами.

– Назад, – жутким шепотом скомандовал я ему.

На этот раз обошлось без препирательств и вопросов. Хлюпик повиновался, отступил, пропуская меня вперед, и засеменил рядом.

Лезть в драку с семью военными, а их, может, и больше, да еще пара вертолетов, бесполезно. Тогда уж проще сразу застрелиться. Подкупить кого в полевых условиях тоже нереально.

Это на блокпосту можно взятку пихнуть в свободно конвертируемой валюте. Здесь боевые действия, никто даже близко меня не подпустит. Шарахнут сразу на поражение. Куда деваться? Обратно к ангару? Самоубийство.

Выход был только один. Правда, он тоже походил на самоубийство, но другого все равно нет.

– Быстрее, – поторопил я Хлюпика, увеличивая скорость.

Чего-то меня на слова потянуло, хоть он и не отставал. Нервы. Я глубоко вдохнул.

Шагов через пятьдесят свернул в сторону и нырнул в кусты.

Хлюпик, как и было велено, топал за мной след в след. Невидимый за кустами провал открытого люка зиял черной дырой. Я опустился на колени, глянул в пахнущую гнилью темень.

Как соединялись здесь между собой подземные коммуникации, не знал, наверное, никто. Отдельные герои составляли карты каких-то фрагментов. И только.

Ржаво-коричневая крышка валялась рядом. Кто и когда последний раз спускался в этот люк?

Хлюпик глядел на меня завороженно.

Я отпрянул от провала люка и кивнул ему на зияющий чернотой колодец.

– Лезь.

Парень поежился. – А ты?

– Я следом.

Хлюпик помялся. Пихнув за пояс пистолет, который все это время стискивал в руке, как утопающий соломину, полез вниз. Я догадывался, что это будет шумно, но не думал, что настолько. Каждая ступенька несчастной вертикальной лестницы лязгала под его небогатым весом, словно бы по ней полз не один, а десяток Хлюпиков. Наконец снизу влажно чавкнуло.