Живое и мертвое

Так что если бы деревни вдруг оказались отрезанными от города, проблемы выжить не возникло бы. Впрочем, иногда, в неурожайные годы, деревням приходилось обращаться за помощью к магам, и те находили какие-то магические возможности добывать продукты буквально из ниоткуда. Как это делала Гильдия и почему нельзя было создавать пищу постоянно, а не только в случае форс-мажора, не прибегая к фермерству, Винни объяснить, конечно, не мог.

– Хорошо, – Винни улыбнулся и открыл глаза.

Митрик, сидевший рядом, благостного настроения приятеля не разделял.

– Чего тут хорошего? Дерьмом воняет. Солнце слепит. Ветер дует. Брр-р, – Митрик подумал и добавил: – Хотя внизу тоже противно. Скорее бы уже закончить учебу и сбежать отсюда.

Винни подался вперед и с удивлением вылупился на друга.

– Куда сбежать?

– За стену, – пожал плечами Митрик.

За стену был только один выход – стать следопытом. Но это было весьма опасным предприятием и потом надо было иметь недюжинные способности.

Быть следопытом Витано считалась огромной честью, и из сотен молодых претендентов, что каждый год собирались на главной площади, выбирали лишь несколько десятков. Счастливчики проходили двухлетний курс обучения и тренировок, после чего отправлялись в Пустошь. Винни знал, что Митрику такая удача не светит. И хотя декан Урвалл был прав, говоря, что все мальчишки мечтают стать следопытами, Винни казалось, что Митрик уже вышел из розового детства, когда люди ярко мечтают, не способные трезво мыслить, реально оценивать свои способности и возможности.

– Ты что же, хочешь следопытом быть? – искренне удивился Винни.

– Ты будто не хочешь, – огрызнулся Митрик.

– Не хочу, – честно сознался Винни, но приятель не поверил.

Взгляд у Митрика стал недоверчивым. Не поверил он, явно не поверил.

– Это ты декану заливай, – ехидно ухмыльнулся Митрик, подтверждая догадку Винни. – Мне не надо.

Винни стало обидно. Он поднялся на ноги и пошел к бездонному краю зеленого поля.

– Винька, ты чего, обиделся, что ли? – догнал его голос Митрика.

«В самом деле, а чего тут обижаться?» – подумал Лупо и повернул назад.

– Не обиделся, – буркнул он приятелю. – И я не вру.

– Ну да, – Митрик даже присел под тяжестью сомнений. Лицо Винни было как никогда серьезным, и повода для недоверия вроде не было. Но то, что он говорил утром господину Урваллу, звучало так, будто… было враньем.