Живое и мертвое

Подступали тошнота и слабость. В зеркало было страшно смотреть. Побледнел и похудел, одни глаза остались. Тогда я пошел к врачу. Есть же всякие лекарства для успокоения души. Но, как оказалось, они мне не нужны.

– И ему понадобились другие таблетки, чтоб лечить тело, – оживился Петро. – Чуть ниже пояса.

Деррек не обратил на него внимания.

– Доктор нашел у меня на шее крохотную ранку. Я и не видел ее… а он перепугался, положил меня на обследование, и все выяснилось. Лиэль была вампиром. И я становился им. Да что становился, я уже им стал.

Доктор передал меня магам, как полагалось по закону консорциума. Я не сопротивлялся. Мне это даже в голову не пришло. Стандартная процедура.

Вампир пожал плечами, словно говорил и в самом деле о чем-то обыденном.

– Потом меня переправили сюда, выкинули в Лупа-нопа, как и прочий мусор.

– Мусор? – не понял Винни.

– Конечно. Мы не люди, иначе говоря, нелюди. Значит, для человечества – всего лишь мусор. В Лупа-нопа не нашлось человека, который пожелал бы за меня поручиться.

Туда постоянно привозят пополнения, и ни один местный не станет заступаться за незнакомого нечеловека. Зачем? Это глупо и небезопасно. И меня выдворили. Теперь я живу здесь. Вот уже пятнадцатый год пошел.

Винни задумался. Выходило, что это не страшные существа – чудовища. Они-то как раз живут мирно и законопослушно. По законам, написанным людьми. А вот люди… «Мы не люди, – звучал в голове голос вампира. – Значит, для человечества – всего лишь мусор».

Он посмотрел на аристократичного Деррека.

В который раз отметил и тонкие черты, и благородную осанку, и проницательный взгляд, и тактичность в поведении вампира. Нет, назвать это существо мусором у него не повернулся бы язык. Да и чудовищем тоже. На чудовище скорее походили те, кто превратил благородного человека в «мусор». Но об этом Винни думать почему-то побоялся.

– А каково это? – спросил он.

Деррек приподнял бровь.

– Как это быть вампиром? – смущенно уточнил Винни.

– Да, собственно, так же, как и человеком, – отмахнулся тот.

 – Как это носить шубу или трусы в горошек? Какая разница, в сущности, какая шкурка на тебя надета. Главное то, что внутри.

Петро потянулся до хруста костей и, гнусно ухмыльнувшись, сел.

– Внутри кровь, качающий ее насос, кишки и еще много очень неприятного, если в этом копаться.

– У некоторых все это еще и с гнильцой, – не сдержалась Нана.

– Мое почтение, – всхлипнул упырь.

– А зачем тебе в город? – поспешил перевести тему парень.